И… вот я здесь. Где «здесь»? На какой-то старой кровати, заботливо укрытый прелым одеялом. Большая мягкая подушка упиралась в затылок, напоминая о доме. Хотелось полностью уткнуться в неё головой и не думать, уснуть, забыться. Проблемы где-то там, а сейчас всё хорошо — усни…

Я зевнул и медленно закрыл глаза в попытке вновь окунуться в блаженство сна, однако… с каждой секундой темнота опущенных век становилась всё тяжелее и неуютнее. Тишина и спокойствие не помогали забыться, наоборот, они призывали фантомов прошлого, шептали о неизведанности будущего и усугубляли обречённость настоящего.

Сон, который, казалось, должен был накрыть с секунды на секунду, отступил под странным ощущением в груди. Внутри роилось беспокойство, жгучий дискомфорт, раздражение, а главное — мысль о том, что я не должен быть здесь. У меня нет права на отдых. Нужно что-то делать, срочно, или просто сойду с ума. Нужно помочь отцу, затем вернуться в город, оторвать голову Рэму и обоим дядям. Вернуть себе клан, разобраться с УБИ… с Локками, с Элизой. От осознания всего, что я наворотил под Сдвигом, начала болеть голова.

Нужно занять себя чем-то, как тогда, с палками. Во время боя с Родионом я не думал ни о чём, кроме ритмичного стука дерева о дерево. Родион… где этот старый хрыч?

В конечном итоге поток болезненных образов вытеснил из меня сонливость. Я резко распахнул глаза и осмотрел тёмное помещение.

Бедно обставленная комнатушка пахла сыростью. Если бы не толстый слой пыли на всём, что меня окружало, можно было бы даже назвать её убранной.

Я глубоко вдохнул, чтобы немного успокоиться, и приподнялся на кровати.

Архаичного вида стенка с прозрачными хрустальными сервизами, ярко-красный тонкий ковер на полу и рыжий потрескавшийся стул возле письменного стола с компьютером — вот и всё, что влезло в этот тесный уголок квартиры.

Не будь здесь небольших вкраплений текущего столетия, вроде того же компа, можно было бы подумать, что я попал на съемки документального сериала про времена молодости моего отца. Ремонт в этом месте не делали очень давно.

Только чудом не отклеившиеся со стен обои с уродливыми цветочными узорами перемежались с каким-то медалями и грамотами. Комната явно принадлежала парню. Синие боксёрские перчатки у входа, большая спортивная сумка у окна с торчащими из неё кедами. Персонаж известной видеоигры смотрит с календаря-постера. Судя по дате на нём, следить за числами и днями недели здесь перестали чуть больше года назад.

Место казалось застывшим во времени. Я опустил голову обратно на подушку и удивленно обнаружил, что вся левая сторона лица до сих пор болит. Хорошо, в этот раз меня хотя бы снова не убили… а значит, я понятия не имею, сколько времени провёл в отключке.