просто награды и почести. В любом случае мне нравятся такие люди, как вы контр-адмирал Васильков… — Ваше превосходительство, на самом деле контр-адмирал Васильков сейчас и в самом деле скромничает, — заметил Павел Петрович, бросив на меня многозначительный взгляд. — Уж я-то хорошо знаю этого молодого человека и имею полное представление о его истинных устремлениях и потенциале. И могу со всей ответственностью заявить, что его боевой уровень, оперативное мышление и тактическое видение ситуации в секторе боя как минимум не уступают, а порой и превосходят показатели самых выдающихся наших космофлотоводцев. Что Александр Иванович не раз и не два убедительно доказывал и продолжает демонстрировать от сражения к сражению. — Хм, вот как? — удивленно приподнял бровь Птолемей, мельком покосившись на меня с нескрываемым интересом. Похоже, слова Дессе произвели на него впечатление и заставили задуматься, переоценив мою скромную персону. — Поэтому, я бы на вашем месте по достоинству оценил вклад в наше общее дело столь ценного и перспективного адмирала, — между тем продолжал Дессе. — И уж точно не стал бы размениваться по мелочам, одаривая столь талантливого боевого офицера всего лишь какими-то жалкими очками опыта, побрякушками орденов или дежурными рукопожатиями. Человек, способный фактически в одиночку своей отвагой и воинским искусством решать исход масштабных сражений, определенно достоин куда большего признания и поощрения… Услышав эти слова, я невольно поморщился, едва удержавшись, чтобы не скривиться в откровенной гримасе. В пламенной речи моего дорогого крестного явственно прозвучало столь неприкрытое и бесцеремонное давление на первого министра, что даже мне стало неловко. Павел Петрович практически в открытую намекал Птолемею на необходимость моего скорейшего повышения в звании и предоставления более высокой и ответственной должности в составе объединенной эскадры. С другой стороны, не стану лукавить и отрицать очевидное — в глубине души я и сам был в целом согласен с доводами адмирала. Конечно же, как честолюбивый человек и опытный боевой командир, я не мог не желать дальнейшего продвижения по службе и получения новых, более масштабных возможностей применения своих сил и способностей на благо Родины. И прекрасно отдавал себе отчет в том, что мой нынешний уровень компетенций и управленческого опыта позволяет рассчитывать как минимум на командование крупным соединением кораблей… — Что ж, пожалуй, вы совершенно правы, дорогой адмирал Дессе, — размеренно произнес