штурмовиков? Только имей в виду — я не Шувалов! Моя спина всегда обращена к врагу, а грудь — к пушкам противника! Посмотрим, как ты запоешь, когда твоя жалкая посудина начнет плавиться под ударами моих плазменных орудий! Зубов скрипнул зубами, его глаза полыхнули бешеным огнем. Казалось, он с трудом сдерживается, чтобы не ответить на оскорбления таким же потоком брани и угроз. Несколько секунд контр-адмирал сверлил Хромцову немигающим взглядом, словно примериваясь, в какое место вонзить клинок. Затем процедил, чеканя каждое слово: — Что — вы, не контр-адмирал Шувалов — это верно подмечено. Куда уж вам до него, вы и в подметки не годитесь этому доблестному воину и командиру! По сравнению с ним вы попросту жалки и глупы в своем высокомерии и амбициях. За каждое мерзкое слово, что сорвалось сейчас с ваших лживых уст, госпожа вице-адмирал, я заставлю вас заплатить страшную цену! Зубов хищно оскалился и подался вперед, нависая над экраном. В черных глазах военачальника-изгоя плясало зловещее пламя ярости и предвкушения схватки. Понизив голос почти до шепота, он произнес: — Вы только что совершили роковую ошибку, адмирал Хромцова. И очень скоро вы и ваши люди на собственной шкуре испытаете последствия своей глупости и самонадеянности!! За эти подлые слова, которые вы только что произнесли, вы заплатите жизнью, а ваши офицеры и космоморяки в прямом эфире сейчас будут смотреть, как ваша «Паллада» расплавится в потоках плазмы моих орудий… С этими словами Зубов ударил по клавише отбоя, и его мрачное лицо растаяло с мониторов. В следующую секунду эскадра кораблей Преображенской дивизии пришла в движение. В черной бездне космоса, пронзаемой ослепительными вспышками взрывов и смертоносными росчерками плазменных сгустков, две армады, закованные в многослойную броню, помчались друг на друга в желании одни — вырваться на открытое пространство и создать плацдарм перед «южными» воротами, а другие — не допустить этого, уничтожить и загнать обратно в «сферу» корабли 5-ой «ударной». В самом сердце этого сражения, подобно двум разъяренным титанам, сошлись в смертельной схватке флагманы командующих. Лейб-крейсер «Москва» пошел на сближение с линкором «Паллада», флагманом эскадры адмирала Хромцовой. Демид Зубов хищно скалился, предвкушая свой скорый триумф. В бездонных черных глазах военачальника-цареубийцы горел неукротимый огонь ярости и жажды крови. В то же самое время, повинуясь воле своего командира, громады гвардейских крейсеров и линейных кораблей ринулись в атаку на растянувшиеся