Один из вражеских кораблей, явно переоценив собственные силы, вздумал было броситься наперерез «Палладе» и ударом бортовых батарей отвлечь ее от флагмана Зубова. Роковая ошибка! Мгновение спустя чудовищный форштевень дредноута Хромцовой, усиленный сверхпрочными сплавами нимидийской стали, буквально разорвал незадачливый легкий крейсер надвое. Две половинки некогда могучего гвардейского дредноута, окутанные облаками стремительно замерзающего воздуха, разлетелись в стороны и, безвольно вращаясь, понеслись прочь, мгновенно превратившись в очередные искореженные обломки в секторе яростной битвы. Хромцова расхохоталась — безумно и торжествующе, будто только что уничтожила и не убила своих соотечественников и в недавнем прошлом боевых товарищей, а каких-нибудь «янки» или османов. Впрочем, вся трагедия Гражданской войны и заключалась в том, что брат шел на брата, ненавидя друг друга иногда гораздо больше, чем простого врага. Ликование опьяняло сейчас вице-адмирала не хуже крепчайшего деметрийского вина. Линкор Зубова был уже совсем близко — казалось, протяни руку и коснешься его обшивки. Агриппина Ивановна вскинула кулак, словно готовясь раздавить ненавистного цареубийцу в своей стальной длани… В то же самое время контр-адмирал Зубов, с непроницаемым выражением на резко очерченном лице, хладнокровно ожидал приближения своего заклятого врага, удерживая флагманский линкор «Москва» в центре боевых порядков гвардейской эскадры. И лишь в самый последний момент, когда стал понятен рисунок маневра флагмана вице-адмирала Хромцовой, «Москва» двинулась ему навстречу. Казалось, даже невообразимый хаос начавшейся космической битвы не в силах поколебать абсолютного самообладания Демида. По «Палладе» в ответ били палубные орудия «Москвы». Корабль сближались неумолимо, грациозно и плавно, словно исполняя некий завораживающий танец на фоне диковинных декораций из сияющих звезд и мерцающих стен «вагенбурга». Расстояние между ними стремительно таяло. С каждой секундой все явственнее проступали мельчайшие детали корпусов и надстроек — клепаные стыки брони, зияющие провалы шлюзов, частокол антенн дальней связи и стволы импульсных пушек, словно гигантские копья нацеленные на противника. Это не был стремительный маневренный бой, свойственный кораблям малого и среднего класса. Нет, сейчас разворачивалось эпическое противостояние двух сверхлинкоров — чудовищных, неповоротливых исполинов, чья судьба решалась не в угаре лихих виражей и головокружительных разворотов, а в чудовищном напряжении