Зато фамилия врача на заключении точно есть в полицейском управлении. Какой бы ни была причина смерти — от тифа на дому или от утопления в Волге, полицейский протокол всегда составляется. И он должен сохраниться в архиве. Вот только мне его никто просто так не покажет. Во-первых, я несовершеннолетний. А во-вторых… Да никому вот так просто протокол из архива не покажут. Но если по этому делу не велось никакого следствия, значит оно давно в архиве. И вряд ли относится к числу важных. Значит есть шанс, что мне в этом может помочь Митяй. Осталось убедить его пойти на небольшое должностное нарушение…

И есть еще другой путь.

Терентий Лукич. Он явно не в самых радужных отношениях с Сергеем Аполлоновичем, и вряд ли немедленно побежит ему докладывать, что я интересуюсь этим вопросом. Но в дворянском собрании эта информация точно есть.

А если нет, то они имеют полное право запросить ее официальным путем. Но этот вариант лучше приберечь на тот случай, если не получится договориться с Митяем. Терентий Лукич ко мне может и благоволит, но обращение в дворянское собрание с такой просьбой вряд ли надолго останется тайной для Сергея Аполлоновича.

А к открытой конфронтации я пока документально не подготовлен.

Значит, начну с прихода и метрической книги.

Теперь другое дело, балаган Шнипперсонов, Мейер и «нимфа» Лиза со сложной судьбой.

Митяй рассказал, что Лиза и Сычев действуют в сговоре.

Он провел свое расследование и сделал свой вывод, сразу назначив виновных.

Вполне возможно, именно так дела и обстоят, как он говорит.

Но я бы скоропалительных выводов все же не делал.

Это может так ВЫГЛЯДЕТЬ.

И Лиза может считать, что действуют они сообща. Что собираются получить деньги, утопить Мейера и сбежать. А Сычев, в свойственной ему манере, вполне может держать в голове другой план. Запудрил мозги Лизе, та ему доверилась, выболтала свою тайну, которой они теперь шантажируют Мейера. Вот только с дальнейшим развитием событий все может пойти не так, как рассчитывает девушка.

Вот только этот вопрос не решается обращением за выпиской в церковный приход или тайным проникновением в полицейский архив.

Впрочем, моя задача вовсе не в том, чтобы узнать, как эти двое видят свое дальнейшее будущее, после того, как они получат деньги за свой шантаж.

Моя задача — сделать так, чтобы их затея сорвалась полностью.

Но в рассказе Митяя меня привлекла вовсе не драматичная история преступной любви.

После него я впервые задумался, насколько едины мои «кукольники»?

Знает ли, например, тот же Морозов про лодку в Рыбацкой слободе?