— Карманов? — переспросил он. — Что за дурацкая фамилия? Я Жюль Прозоров!
Глава 7
— Неужели? — приподняв бровь переспросил я.
— Да, представьте! — с вызовом вздернул подбородок Жюль. — Знать не знаю никакого Карманова!
Он дернул подбородком в сторону наклеенной на стене афиши, где крупными буквами было намалевано: «В главной роли — Жюль Прозоров».
Но это был тот самый случай, когда человек даже не пытался сделать вид, что не понимает, о чем я его спрашиваю. Не изображает недоумение или возмущение.
— То есть, это не вы пятнадцатого марта опознали тело своего утопшего родственника? — спросил я.
— Нет, это определенно был не я! — Жюль резко мотнул головой, еще выше задрав подбородок.
— И, разумеется, никакого отношения к уголовным статьям о мошенничестве, лжесвидетельстве и подделке документов не имеете? — задал я следующий вопрос.
— Ровным счетом ни слова не понимаю, о чем вы говорите! — Жюль принял эффектную позу, подбоченившись кулаком.
— И Карманов Викентий Саввич, теле которого вы уверенно опознали, на самом деле никаким родственником вам не приходится? — продолжил я.
— Ни в коей мере, — теперь Жюль энергично кивнул, тряхнув волосами.
— Недостоверно вы врете, — усмехнулся я. — А моя сестра считает вас великим артистом.
— И что с того? — манерно рассмеялся Жюль. — Вы ведь тоже врете насчет сестры. Может ее у вас и вовсе нет. Сколько вам лет? Шестнадцать? И ваша младшая сестра была у нас на представлении? Ах, что за чушь!
— Туше, — с усмешкой признал я. — Про сестру я выдумал, чтобы вас перед коллегами не компрометировать.
— Помилуйте, как вы могли меня скомпрометировать, если говорите про какого-то там Карманова? — Жюль наигранно приложил руку к сердцу.
— То есть, если я сейчас выйду и честно расскажу, какое именно дело меня к вам привело, вы ничуть не смутитесь? — спросил я.
Персонаж этот определенно был любопытным. Можно сказать, рассказал мне все, при этом все отрицая.
Жюль на несколько секунд замер и пошевелил губами, словно репетируя ответную реплику.
— Ничуть, — дернув подбородком, заявил он. — При вас нет ни бляхи городового, ни розыскного листа. Вы не пристав и не околоточный надзиратель.
— Верно, — кивнул я. — Я частный сыщик.
— Что еще за частный сыщик? — капризно спросил Жюль.
— Очень просто, — ответил я. — Если нужно что-нибудь тайно разузнать, разыскать пропавших людей или улики преступления, то обращаются ко мне.
— Я уже сказал, что не имею к этому всему отношения, — снова повторил Жюль. — И никакого Карманова знать не знаю!
— Возможно, если вы будете таким же образом вести себя на суде, то вам и поверят… — усмехнулся я.