Я лукавил. Моим операм еще задача поставлена создавать опорные точки. Придорожные трактиры, мелкая торговля, ресторанчики, агенты и резиденты по всему пути следования от Москвы до Кишинева. Остальные три сотни были заняты этим. И еще обеспечение связи.
Царскую ставку мы обнаружили в дневном конном переходе до основных войск, уже начавших осаду.
Встреченный дозор проводил нас в лагерь. Мы приняты немедленно в личном шатре Николая Павловича.
— Я уже думал, не успеете к победе, — пробасил он.
— Еще не добрались, вроде, — улыбнулся я.
— Куда следует, уже прибыли, — он взял меня за плечи, — безмерно рад вам. Третий день ждем.
— Третий? — у меня поджался живот.
— Да, решили поддержать вашу команду. Турки не дремлют. Но пока спокойно. Да вы побледнели, граф? Не нужно так переживать. Завтра к вечеру, или послезавтра прибудем на место, и пойдет потеха. Но пока обсудим самое важное. Дмитрий Семенович пояснил вам суть?
— В общих чертах, — отозвался Гурский.
— А я скажу не в общих. Пока вы собираете народные сказки, ведомство господина Гурского вышло на такой сверхъестественный предмет, как Копье Ромула. А!? — кивнул он на Дмитрия Семеновича.
— Вышло, — вздохнул тот, — может, не совсем копье. И совсем не Ромула. Но так называют. Сей, как вы изволили назвать, артефакт дает полную власть своему обладателю. Буквально, народы рухнут на колени в немом восторге. Так, по крайней мере, в описании его действия указано.
— Оно в Варне? — кусаю я губу.
— Там. В одном из древних погребений, — кивнул Гурский, — а погребение в одном из домов. В его подвале.
— Все так просто? — Усмехнулся я, — берем Варну, заходим в дом. Открываем гроб. И весь мир на коленях?
— Увы, не просто. Иначе нет смысла в вашем присутствии, — в упор рассматривает меня Николай Павлович.
— Мы пытались обойтись без штурма, — морщится Гурский, — агенты могли взять дом хоть приступом. Но там есть хранитель. Пятеро ослепли, трое умерло.
— А я смогу вдруг?
— Вы, мой друг, — Государь коснулся моей руки, — имели дело с подобным. И не только остались живы, но и получили ответы на вопросы.
Пока я думал, как лучше сказать «А не боитесь ли, что я и стану правителем?» в шатер заглянул русый мальчишка в мундире.
— ПапА?
— Александр! Мы заняты, — вскинулся царь.
— Простите, вы обещали партию в шахматы. Я решил напомнить.
— Я скоро приду, — Государь метнул жесткий взор вслед скрывшемуся сыну, — вот еще моя слабость. Не смог отказать. Уговорил, проказник, взять с собой. Теперь жалею. Ну да здесь он под присмотром. Пускай видит, что такое война.
В пять утра прозвучал горн. Лагерь сворачивался. Наш путь к скалистой гряде. Перевалим ее, а там долина с виноградниками и ровное обжитое место до самой Варны. К обеду подошли к низким горам, более холмам. Дорога идет меж высот. Справа и слева каменистые ущелья, похожие на очень глубокие овраги.