Нет, надо чем-то его прикрыть, но так, чтобы это получилось якобы случайно.
Задача не то чтобы простая. Глаз располагался высоко на стене, но не под потолком. Если бы я подошла к стене, то он был бы прямо у меня над головой. Единственный предмет мебели в комнате, который мог его прикрыть – это шкаф с одеждой. Всё остальное было недостаточно высоким.
Шагнув к своему шкафу, я попробовала его сдвинуть. Получилось не с первой попытки – пришлось поднапрячься. Что ж, ради такого дела не грех и попотеть.
– Придвину его к двери, – нервно пробормотала я вслух, чтобы тот, кто присматривает за мной, мог это услышать. – Если Аин захочет ворваться в комнату, охранные символы могут не справиться, этот монстр слишком силён...
Мне даже не нужно было изображать испуг – настолько меня впечатлил вид настоящего живого глаза в стене. Никак не оставляла мысль, что раньше он принадлежал какому-то существу.
Шкаф я двигала рывками, да ещё и с передышками. Приходилось толкать, напрягая все силы. К счастью, теперь у меня было молодое крепкое тело девушки, явно привыкшей к физическому труду. Вряд ли в старом теле я смогла бы проделать этот фокус.
На всё про всё мне понадобилось добрых минут двадцать, и к тому моменту, как у меня получилось придвинуть шкаф к нужному месту, я пропотела с ног до головы.
Как только шкаф оказался рядом с дверью и полностью перекрыл глаз, я воскликнула, будто только опомнившись:
– Стоп! Ведь этот монстр сейчас на занятиях! А вот Сабрина может прийти в любой момент. Что же я делаю? Ужасный тёмный принц свёл меня с ума... не могу отделаться от мысли, что он вот-вот придёт за мной. Ладно, оставлю пока шкаф здесь, вдруг понадобится припереть дверь на ночь...
Ну вот я и выставила себя окончательно свихнувшейся от страха девицей, которая то ныряет под кровать, то пытается забаррикадировать дверь на случай вторжения тёмного принца.
Поверят или нет? Скоро узнаю. Главное, убедить Сабрину, что шкаф надо оставить у двери. Ну да придумаю что-нибудь.
И вот, кстати, точно ли комната прослушивается? Ведь когда я тут оказалась вчера вечером, то задавала Сабрине много неудобных вопросов, а также призналась, что потеряла память. Наверное, если бы это кто-то слышал, то доложили бы ректору.
Хотя, возможно, прослушивание ведётся не всегда, а только по мере надобности время от времени слушают, не ведут ли девушки запрещённых разговоров, да присматривают за особо подозрительными. Вот сейчас, к примеру, за мной наверняка тщательно присматривали после того, что я в столовой учудила. И хоть глаз теперь закрыт шкафом, но лишнего лучше ничего не говорить, да и вообще теперь постараться взвешивать каждое слово.