Когда дверь закрылась сама собой за его спиной, он опустил меня на пол и тихо произнёс:
– Скоро рассвет. Нельзя ждать. До прибытия комиссии из Совета у тебя должна стоять моя метка.
И если раньше он оставлял мне иллюзию, что выбор за мной, то сейчас стало ясно – никакого выбора он мне давать не собирается. И, вероятно, не собирался с самого начала.
Я вздёрнула голову и нервно сглотнула, встретившись с ним глазами.
– Аин...
У меня сорвался голос. Я попятилась, но он тут же сделал шаг вперёд. Хотел он или нет, но получилось у него очень жутко – мягко и хищно. Эти его звериные повадки обостряли какой-то первобытный инстинкт внутри, заставляющий бежать от опасности. И одновременно с этим хотелось сдаться.
Я не знала, чего во мне больше в этот момент – страха, злости из-за всей этой ситуации в целом или возбуждения, которого как будто вообще не должно было быть. Однако оно было, и страх со злостью не уменьшали его, а как будто только подхлёстывали.
– Даже если я тебе противен, я поставлю эту метку, дашь ты своё согласие или нет, – тихо, жёстко произнёс он. – У Совета не будет ни единого шанса тебя забрать. Я не позволю.
Он прав. Риск оставаться без метки слишком велик. Возможно, Совету будет на меня плевать, и они даже не станут тратить время на проверки. Но надеяться на это не стоило. У Совета много ресурсов и много сильнейших магов. Шумиха после турнира поднялась будь здоров, так что демонстративно суровая проверка должна состояться в любом случае.
Я сглотнула, так как в горле пересохло, и выдохнула:
– Мне... надо в душ. У меня до сих пор паутина на лице. Дай мне несколько минут и... мы сделаем это. Ванная ведь за третьей дверью, да?
Не знаю, зачем я это спросила. Наверное, мне хотелось немедленно переключить его внимание на что-то другое, чтобы он дал мне возможность нормально вдохнуть.
Однако Аин неожиданно насторожился, и его взгляд изменился. До этого он был жаркий, тяжёлый, тягучий, а теперь вдруг стал острым и пронизывающим.
– Сколько дверей ты видишь? – задал он мне дурацкий вопрос.
А у меня было такое состояние, что я даже не сообразила, почему он это спрашивает, и недоумённо ответила:
– Как сколько? Три, как и всегда.
– Их две. И всегда было две.
Глава 67
– Д-две? – я аж осипла. До меня, наконец, дошло. – Ты хочешь сказать, что третья дверь, которую почему-то вижу я, но не видишь ты... та самая?
– Вероятно, так! – Как же хищно горели его глаза! – Духи шаманов сказали, что дверь там, куда хозяин цветка боится заходить. Сюда он действительно заходить боится. Выходит, не обманули!