— И что за дело? — тут же поинтересовался Рабинович.

— Есть тут партнерство одно, называется «Гаевский, Поповский и Воронцов». Свежее, только этим летом образовалось. И продают они модное лекарство от простуды, аспирин называется.

— Знаю! — коротко прокомментировал дядя, как бы показывая: «на этом заостряться не стоит, переходи к делу»

— А в Германии есть компания «Байер». Серьезная компания, как раз лекарствами занимается. Они долго этот самый аспирин испытывали, готовились на рынок выбросить. Большие деньги вложили.[3] Но Воронцов этот успел патент раньше оформить. И партнерству передал, как свою долю. А партнерство это патент никому не продает. Но «Байер» — компания серьезная, деньги терять не любит. Вот и наняли немецкую контору, где я стажировался, чтобы убедить этих людей продать патент. Ты сам знаешь, у нас за любым предпринимателем куча векселей неоплаченных есть. Или закладных. И если их тихо скупить, можно любого убедить, что его дело или дом, к примеру, продаются. А не получится уговорить по-доброму, так в нашей команде есть и те, кто умеет это делать иначе. Но это не моя часть. Моя — векселя скупить. И я рассчитываю, что ты мне поможешь. По-родственному. Ну и заработаешь, разумеется.

«Полтора жида» молчал недолго. Но Марк, хорошо его знавший, понял, что тот серьезно что-то обдумывает. Наконец Рабинович заговорил:

— На Гаевского и Поповского векселя купить нетрудно. Их аптека в новый дом переезжает, на Садовую.[4] Денег много потребовалось, да и на рекламу этого аспирина тоже, так что долгов они наделали будь здоров. Есть за что уцепиться, Маркуша, есть! А вот Воронцов векселей не выдавал, только за наличные работал. И не уверен я, что у твоих ребят выйдет у него что-то не по-доброму выбить. Не тот это человек. И ссориться с ним я тебе не советую!

Из мемуаров Воронцова-«Американца»

«…Мои компаньоны были в восторге. Мало того, что аспирин оказался эффективным лекарством, но сработала еще и агрессивная реклама. А скандал, поднятый компанией 'Байер», только подкинул дровишек в огонь общего любопытства. К тому же мы угадали с моментом. До начала осени, поры простуд, оставалось всего ничего, и многие аптеки спешили приобрести популярное лекарство.

Естественно, я тоже не дремал. Провел модернизацию производства, получил и установил две паровые машины и котел, решив все свои проблемы с электричеством, переделал дровяной сарай, в котором мы начинали, в капитальное строение, со стенками «в два кирпича». И обучал новых работников.

К началу октября мы начали работать «по непрерывному циклу», выйдя на производительность сорок пять пудов в сутки. Учитывая, что с пуда я имел по пятьдесят рублей, очень неплохие деньги выходили, по нынешним-то временам.