— Больше про текущую мою работу спрашивали, — поделился он на вопрос «что там было». — По моей теме быстро прошли, а когда сказал, что все уже одобрено, так и вовсе словно забыли про нее. Можно сказать, автоматом получил. А вот как у меня в прокуратуре работа идет, им было интересно.

Дальше разговор мы продолжить не смогли — уже меня вызвали в аудиторию.

За сдачу я не волновался. Материал знаю на зубок, сам же писал. К тому же у меня было развитие проекта, над которым я же и работал. Новые поправки в законы о коллективизации — уточнение прав и обязанностей коллективов. Узаконивание новых форм кооперации, которые я встречал при своих поездках по стране и получал данные о них от «сборщиков». Хоть это и была не их профильная тема на время командировки, но мои люди делились впечатлениями от поездки и иногда рассказывали, как народ на местах трактует закон о коллективизации и на какие ухищрения идет, чтобы получить бонусы и правовую защиту от такого статуса. Ну и как милиция и суды на местах, а главное — партийные работники — пользуются шаткостью некоторых таких коллективов в своих целях.

Короче, рассказывал я уверенно, с примерами, почему эти поправки нужны, но смотрели представители экзаменационной комиссии со скепсисом. И мне это было непонятно. Лишь Александр Александрович иногда молча кивал, поддерживая мои тезисы. Когда я закончил свою речь и стал ожидать вопросов, сперва комиссия молча переглянулась. Это уже напрягло. А затем первый же вопрос заставил меня засомневаться, насколько люди передо мной вообще осознают важность проекта, что я почти четверть часа перед ними расписывал.

— Товарищ Огнев, а не слишком ли вы спешите с этими поправками? — так спросил меня профессор математики, вошедший в комиссию и, судя по переглядываниям, являющийся ее неформальным лидером.

— Нет, Эммануил Григорьевич, — покачал я головой. — Моя работа основана на реальных данных и текущих тенденциях. Первоначальный вариант закона о коллективизации был необходимым базисом, чтобы придать курсу партии в области политики регулирования сельского хозяйства правовую основу. Но включить в себя все аспекты хозяйствования, учитывая, что мы строим абсолютно новый формат общества, было невозможно. Эти правки необходимы так же, как руль кораблю — для оперативного лавирования и поправки курса, чтобы не сбиться с пути. Я больше скажу, через год они уже станут устаревшими, а через два — неактуальными. Если и принимать их, то именно сейчас. И через три года вновь вносить поправки с учетом новых условий, что стремительными темпами меняются в нашей стране.