– Вы знаете, что там за жидкость? – решила поинтересоваться Катя.

– Эти ямы остались после обрушившихся аномалий, – отвечал Сергей. – Откуда ни возьмись появилось ядовитое масло и заполнило их. Плохо впитывающая почва сильно им пропитана, и этой гадости некуда деться.

– Но, ведь, столько лет прошло!

– Это надолго, – махнул он рукой. – Здесь всё отравлено. Поразительно, как я прожил двадцать лет тут и не окочурился от какой-нибудь болезни!

Катя покачала головой и прикрыла нос рукой. Взгляд приклеился к блестящей масляной поверхности ядовитого озера и уловил подписи. Маленькие тонкие буковки и цифры складывались в формулы. Катя заморгала, посмотрела в сторону, но формулы тонкой сетью опутали всё вокруг. На сей раз никакого дискомфорта она не ощутила. Ни тошнота, ни слабость, ни предобморочное состояние не последовали. Катя удивилась и продолжила рассматривать подписанное окружение. Надписи не мешали что-либо видеть, а наоборот помогали ориентироваться в пространстве. Благодаря им она поняла насколько всё вокруг отравлено. И формулы подсказывали, что это не те яды, которые убивают мгновенно, а те, что накапливаются в теле человека и постепенно разрушают его изнутри. Надписи также подсказывали, что и где есть в пространстве, и разум каким-то образом легко и естественно начал в этом ориентироваться.

Катя принялась с увлечением изучать формулы. Урокам химии в детстве её учил врач, как и многих детей из посёлка, поэтому Катя знала, как читаются многие формулы и какие элементы они обозначают. Но те элементы, что она не знала или забыла, неведомым образом подсказывало подсознание, точно кто-то невидимый нашёптывал их на ухо.

Тут с деревьев вдалеке полетели птицы, и взглянув на них Катя увидела другие подписи, обозначающие живых безобидных существ. И даже, когда пернатые скрылись из виду, она продолжила видеть подписи сквозь деревья. Невероятно! Значит можно увидеть приближение кого угодно сквозь предметы! Хищника, врага, человека! Заранее!

Катерина воспрянула духом и продолжила изучать окружающую местность. Помешало лишь вновь накатившее чувство голода. Насыщение от диких яблок прошло, и в животе ощущалась пустота.

– Проклятье! – ругнулась Катерина.

– Что такое? – насторожился Сергей.

– Есть хочется. Невозможно просто, – объяснила она.

– Давай сделаем привал. Пока мы в городе, безопасно можно покушать. Я положил кое-что съестное в рюкзаки.

Они остановились на обочине дороги возле давно неработающей электрической подстанции. Волчок уселся рядом, капая слюной с высунутого языка.