Шатёр для богини возвели на самой опушке, среди редких деревьев, покрытых пожелтевшей листвой. Лорд Ханнар расположился напротив, в громадной палатке, которая затмевала своей изысканностью вполне себе скромный шатёр Веслы. Остальные разбили палатки вокруг.
Весла пригласила нас провести ночь в её шатре. Гвардейцы расположились вокруг шатра на спальных мешках и попытались договориться с шиноби об очерёдности стражи. Тихушники заявили, что будут охранять шатёр всю ночь, а люди могут вообще отправиться спать. К чести Хельги, она восприняла слова этих драэлин спокойно, будто ожидала подобной реакции, и разделила очерёдность охранения между гвардейцами, чтобы всегда бодрствовали двое человек.
После ужина все разошлись по палаткам, и не успели мы расположиться на спальных местах, как богиня вдруг набросилась на меня и повалила на сооружённую из шкур лежанку. Хватило лёгкого удара её ладошки по кирасе, чтобы доспехи предательски рассыпались на детали, причём мне показалось, что они как будто даже услужливо отползли подальше. Я оказался абсолютно обнажённым, а Весла оседлала меня, придавив своим разгорячённым телом к ложу.
— Расслабься, я остановила для них время, — прошептала она мне на ухо; я скосил взгляд и увидел, что мои товарищи застыли на своих местах, точно восковые фигуры. — Хотя мои дети были бы совсем не прочь присоединиться, — её горячее дыхание проникло в глубь моей ушной раковины, и какая-то дрожь пробежала искрами по всему телу с головы до пят. — Да и драконица к тебе не ровно дышит… она бы тоже не отказалась.
— Богиня, — мой голос внезапно охрип, и я был вынужден сглотнуть, чтобы продолжить, — ты невероятно прекрасна и каждое твоё прикосновение наполняет меня желанием… но это неправильно, — мне приходилось чуть ли не выдавливать последние слова из себя против воли. — Это тело не принадлежит тебе… да и не стоит из-за сиюминутного желания использовать столь сильную магию.
— Какой льстец, — богиня хитро сузила глаза и вдруг впилась в мои губы поцелуем; я с жаром ответил, тут уже моих сил сопротивляться не хватало. — Но я бы не была богиней любви, если бы не попыталась, — оторвавшись от моих губ, она сладко облизнулась, но всё же ловко спрыгнула с меня. — Я знаю, что ты лжёшь… впрочем, не отрицаю обоснованность истинной причины твоего отказа. А из уважения к тому, что ты снова смог себя пересилить… не отрицай, я знаю, что ты меня хочешь… я снова смиренно приму твоё решение.
От лукавой мордашки богини веяло чем угодно, только не смирением. Я же быстро воспользовался моментом, чтобы достать из магической сумки бельё, и успел его натянуть до того, как Весла возвратила моих друзей к нормальному течению времени. Я видел нити невероятно сложного плетения, которое она использовала, но из-за суматохи не имел возможности хорошо к ним присмотреться, и к горению неутолённого желания в моём теле прибавилось ещё и жжение от упущенной возможности утолить любопытство и жажду знаний.