В голове, вторя моим мыслям, раздался хохот Мора: «Да, Вестник, это было очень забавно… Зайди внутрь, разбей главный алтарь посохом, дальше я всё сделаю сам». Я начал подниматься по ступеням, позвав за собой остальных.
— А что делать с этим? — поинтересовался Ванорз, указывая на паладина.
Максимилиан стоял на коленях, его волосы покрыла седина, а пустой взгляд был устремлён на скрюченные тела демонов, которые не распадались, как это происходило с пришельцами, ведь это были просто мутировавшие тела, оболочки, в которые они вселились и умерли вместе с ними.
— Оставьте его, — усмехнулся я, — у парня кризис веры. И в войсках скажите, чтобы его никто не трогал, — я посмотрел на Хамель, и она кивнула, после чего шагнула в тень и исчезла. С нами пошёл её теневой клон.
Я вошёл в распахнутые двери (в пору было бы назвать их воротами) и направился внутрь искать главный алтарь. Божественного присутствия я не ощущал.
Глава 54
Долго искать не пришлось: главный алтарь ожидаемо оказался в центральном зале монастыря, совсем рядом со входом. Но что меня порадовало гораздо больше, так это линии портального круга, искусно спрятанные в полированных плитах из белого мрамора в этом зале. Сам же алтарь выглядел необычно: здоровенная скульптура символа Оума, всё из того же мрамора, была окружена странными абстрактными… зубцами? Они хаотически торчали из пола вокруг восьмилучевого символа.
Я не стал долго рассматривать инсталляцию и, подойдя ближе, от души вмазал посохом точно в пересечение лучей каменного диска. Почти весь заряд посоха как языком слизало, и от места удара по скульптуре стала распространяться знакомая энергия Мора. Мрамор стал чернеть и скукоживаться, будто зефирка под огнём, обнажая скрытую в себе, истинную форму алтаря. Я уже видел такие грубые символы на культистах в воспоминаниях Лаэриш: сморщенные чёрные лучи покрылись мелкими шипами, стрелки на их концах приобрели хищную форму и засверкали сталью, из круга пробились металлические заклёпки, а его обводы налились кроваво-красным. Выступы вокруг тоже растаяли, открывая взору клубки склизких щупалец.
Однако энергия Мора действовала на всё это, словно кислота, — символ Оума продолжал скукоживаться, становясь всё более омерзительным, щупальцы вытянулись, будто бы в немом крике, и опали, рассыпаясь пылью последними. Энергия мёртвого бога сменила полярность с негативной на позитивную и растворила даже эти остатки алтаря.
— Эй! А вы заметили, что эти выступы были как сидения для послушниц? — ехидный голос Ванорза прозвучал неожиданно громко посреди тишины, царящей в зале. Сразу же за этим последовали звук оплеухи и весёлое ойкание стрелка. Хамель вернулась, подменив своего теневого клона, и не замедлила прописать любовнику своей привычной медицины.