Гильт протянул мне руку, я схватил её по-дварфски и перелил в него негативной энергии, заполняя ему тем самым шкалу жизни доверху. А потом мы синхронно развернулись и ударили по подбежавшим демонам.
«Первый натиск был страшен, — ответил дварф моим мыслям. — Они прорвались до самого лорда, и, если бы отступающие не сдержали какое-то время демонов, мы полегли бы все. А так благодаря их жертве твари подходили волнами и мы выстояли».
«Мужики — всё?» — спросил я про гвардейцев Хельги.
«Не знаю, — даже от ментального ответа Гильта повеяло трауром. — Когда подоспела богиня, она бросила на нас массовое излечение, возможно, кого-то и вытащили к раненым… но как по мне, двое к тому времени уже точно были мертвы».
Мне показалось, что демоны закончились как-то быстро: я только успел войти в раж, но вот уже никто больше не подбегает, только тяжёлое дыхание бойцов и стоны раненых со всех сторон. А вон и Весла подходит с улыбкой на испачканном лице, больше похожая на ходячий труп, за ней тенью следует Ярна.
— Поздравляю, Неназываемый, у тебя получилось! — воскликнула богиня, остановившись напротив. Она стряхнула ихор с клинков и убрала их в ножны, при этом поморщившись при виде брони, состояние которой, верно, заметила только сейчас. Короткое заклинание — и её доспехи стали возвращаться к норме, фиолетовый ихор стремительно испарялся. — Я почувствовала уничтожение пришлой… И хоть ты и отнял у меня радость расправиться с ней лично, ты всё-таки грохнул эту тварь!!!
— Я уничтожил демона, привязавшегося к душе несчастной девочки тысячу лет назад, — я было хотел открыть забрало, но не стал этого делать, чтобы мой голос прозвучал более грозно. — А вот её душу я отпустил на перерождение. Но перед этим пережил её воспоминания и теперь понимаю её ненависть к людям. И к тебе, Лаэриш. Она просила у тебя помощи, но ты не пришла. А твой жрец продал её в рабство и насиловал её брата!
— Мы выяснили это слишком поздно… — пробормотала Весла стушевавшись. — Тогда у меня было очень много храмов и последователей, — богиня подняла голову и повысила голос; в глазах аватара сквозила искренность… вот только я поймал себя на мысли, что совсем в неё не верю. — Некоторые мольбы терялись в шуме множества обращений… Да, я виновата в том, что не услышала зов моего дитя! И в том, что не вычистила всю гниль из рядов жрецов! Но опять же, их было очень много, смертные слишком легко срываются в пропасть низменных страстей… Я пыталась ей объяснить, предлагала ей самой устроить чистку… но к тому моменту она уже отомстила всем своим обидчикам и хотела большего.