Я даже не пытался использовать комбо, ударив два раза в моменты, показавшиеся мне наиболее подходящими для атаки. Возможно, помог призрачный удар, хотя у меня создалось впечатление, что Ваэлум просто не уворачивался, позволив мне попасть. 17 и 17. Я нанёс ему больше урона, чем он мне! 279. И он не знает, что я могу лечиться…
Прежде чем снова кидаться в атаку, Ваэлум поднёс один из клинков к лицу и слизнул с него капельку моей крови.
— Да ты мертвец! — воскликнул он, поморщившись. — Для Призванного твои удары слишком сильны… но это, конечно, благодаря посоху. Хотел вытянуть на сопротивлении дохлого мяса? Ничтожество! Без уловок, как воин, ты ничего не стоишь!!!
И он накинулся на меня всерьёз. Теперь его удары стали ещё быстрее и техничнее. Я каким-то чудом умудрился отвести посохом последний, но четыре удара пришлись по мне весьма основательно. 11, 14, 9 и 10. Остаётся 69. За считаные мгновения он снёс почти половину моей жизни! Особой боли я не чувствовал, но во многих местах под доспехами будто разлилась липкая влага.
Я использовал инерцию, с которой отклонил последний его выпад, и, ткнув посохом в живот аватару, снизил его полоску жизни ещё на 17 очков, а потом быстро вытянул руку и хлопнул его ладонью по груди, канализировав в одном хлёстком выбросе всю негативную энергию, которую смог собрать. Невесомый хлопок превзошёл все мои ожидания! Ваэлум не ожидал такого прикосновения и наверняка даже не почувствовал его, но последующий выброс откинул его на несколько метров, словно он получил в грудь пушечный выстрел. 124 очка урона! У него осталось лишь 138, меньше половины полоски. К тому же алая аура погасла, снесённая моим выбросом, словно порывом ветра. Латная перчатка раскалилась, и я почувствовал боль от ожогов.
Ваэлум, не веря, что такое возможно, опустил взгляд себе на грудь. В моём магическом зрении его повреждение выглядело как здоровое пятно тьмы, от которого, будто от кратера, корнями расползались чёрные ручейки негативной энергии. Мой удар исковеркал множество его внутренних каналов. Однако у аватара по-прежнему оставалось в два раза больше жизни, а мне нужно было дождаться отката способности, поэтому я воспользовался ошеломлением противника, чтобы взмахнуть крыльями (заклинание полёта, к счастью, не слетело при развёртывании купола и всё ещё действовало) и взмыть в воздух, удаляясь, но сохраняя вертикальное положение лицом к врагу. На лету я убрал посох и достал гримуар.
— Ты что, монах? — крикнул Ваэлум, подняв голову и найдя меня взглядом. — Какая-то драконья школа? Впрочем, полная броня… — тут же пробормотал он, — гримуар… Что ты такое⁈