Гонзо скорчил страшную гримасу, но кивнул, разведя руки, мол, сказать тут нечего.
— Я прямо сейчас покажу жителям этого города, что они сильно ошиблись, не поддержав восстание, — мой голос даже с открытым забралом звучал странно. — А ты, Гонзо из Ларамара, позаботься об этой девушке, — я нежно подтолкнул Руну вперёд. — Как о собственной дочке, слышишь? Если с ней хоть что-то случится…
— То мне достанется так же, как этому бедному городишке… — понятливо закивал командующий. — Не волнуйся, Неназываемый, отвечаю за неё головой! Нет на свете девушки, которая сказала бы, что Гонзо Бард плохо с ней обращался!
Я развернул Руну к себе и посмотрел ей в глаза.
— Мне нужно идти, побудь пока с Гонзо, он тут главный. Когда вернусь, покажу тебе твой новый дом. Хорошо?
— Новый дом там, где живёшь ты? — в глазах Руны появился лучик радости. — А Петру ты тоже заберёшь?
— Да, — не вдаваясь в подробности, просто ответил я.
Гонзо увёл девушку в шатёр; я не стал его дожидаться, во мне всё кипело. Я посмотрел на Ярну, и между нами будто пролетела искра; она кивнула и, развернув ауру, пошла к ближайшей полянке. Люди в панике разбегались, и вот она уже начала трансформацию. Несмотря на ужас, вид огромного чёрного дракона на опушке леса привлёк всеобщее внимание. Я ловко вскарабкался в седло на шее, передо мной развернулся интерфейс полёта, и мы взмыли в небо, грозовой тучей направляясь к Экранду.
Не знаю, добивала ли аура дракона до земли, но все наши бойцы смотрели в небо и многие воинственно кричали, вздымая над головой своё оружие. Когда показался город, у меня перед глазами выскочило окошко уведомления:
«Внимание! Как нападающие, так и защитники города Экранд увидели вас во главе штурма. Активировано достижение Неназываемый — Разрушитель городов. Все ваши союзники получают бонус к морали, а приверженцы тёмного пантеона обретают иммунитет к ментальному воздействию на всё время штурма. Защитники получают штраф к морали в зависимости от статуса, вплоть до возможности сбежать или сдаться» .
На стенах забегали, но как-то бесцельно, больше всего эта суета походили на панику. Город был окрашен в багряные тона лучами закатного светила, и эта красочная картина казалась грозным предзнаменованием того, что вот-вот начнётся.
Мы спикировали вдоль городской стены, и кислотное дыхание Ярны залило мельтешащие фигурки. Я старался выцеливать конусом те места под стеной, где, как предполагал, складировались алхимические ингредиенты, и вот, уже под конец выдоха, раздался взрыв и у стены полыхнуло. Отлетая, я успел увидеть несколько бегущих фигур, объятых пламенем.