«Горячий норов» — это мягко сказано. Во-первых. Во-вторых, перед нами юная столичная баронесса, которая зачем-то играется в журналистику у чёрта на куличиках. Бред? Ещё какой! И волею судеб нам с Панкратовым предстоит в нём разбираться. Ведь если что-то происходит, то происходит оно неспроста. Кто-то её сюда послал. Кто-то и зачем-то.

— Да-а-а, — вздохнул я. — Отметили корпоратив.

И следом за остальными поднялся на второй этаж.

Михаил Михайлович уже усадил Варвару в рабочее кресло, плеснул ей коньяку, — из дутой коллекционной бутылки и прямиком в чайную кружку, — и теперь стучался в каморку Тха Кай Бок.

— Тха Кай Бок? — выглянула тайка.

— Массаж, — сказал Панкратов и указал на девушку.

Массажистка кивнула и послушно потопала в сторону Варвары. Та в этот момент как раз сделала глоток из кружки и сказала:

— Какая гадость.

Вроде бы немного успокоилась. Вытерла слёзы, а под руками профессионала так вообще вдруг расслабилась. Пускай и смотрела на нас исподлобья, но всё равно… хотя бы не истерила. А опасаюсь я теперь лишь за то, как бы тайка её птичьи ключицы случайно не переломила.

— Итак? — я пододвинул стул и сел напротив журналистки. — Варвара Викторовна? Вы как сюда попали-то?

— Взломала замок.

— Чем?

— Заколкой.

Я перевёл взгляд на Панкратова, а тот еле заметно кивнул. Мол, да, это возможно. И впрямь, входная дверь в бывший «Парославль» была ни к чёрту. И надо бы её поменять, ведь в перспективе у нас в офисе могут лежать ценные документы.

— Ну хорошо, — продолжил я. — А зачем вы взломали замок? Зачем вы сюда залезли?

— Чтобы узнать правду.

В этот момент Панкратов вернул Успенской-Меренберг её телефоны.

— Не благодарю, — язвительно сказала девушка. — Так вы расскажете мне что-нибудь интересное?

— А может лучше вы нам? — спросил я и показал ей фотографию задницы спорткара, торчащей из витрины.

— Понятно…

Варвара Викторовна подорвалась было встать, но Тха Кай Бок усадила её на место. А Панкратов подсуетился и тут же подлил коньяка в кружку.

— Я не могу отпустить вас в таком душевном раздрае, — сказал Михаил Михайлович. — Иначе просто перестану себя уважать. Посидите, Варвара Викторовна, расслабьтесь, выпейте.

— И расскажите нам заодно кто и зачем заказал на нас компромат, — добавил я.

— Компромат? — Успенская-Меренберг в ответ сперва застыла с недоумённым лицом. — Какой ещё компромат? — а затем расхохоталась: — Да кому вы нужны, чтобы вас заказывать?

— И всё же. Как так вышло, что молодая аристократка вроде вас копает под «контору»?

— Да не под кого я не копаю!

— В таком случае, что вы вообще делаете в Переславле?