Этот прообраз конвейерной технологии производства стремительно сейчас изменяет Север США, а вместе с ним и остальной мир. Журналисты с восторгом говорят, что теперь солдаты в полевых условиях могут взять два поврежденных мушкета и переставив детали собрать один целый.

Затем, применяя этот же способ и пользуясь, что квалифицированные работники из военных заводов стали перетекать в народное хозяйство, Эли Терри начал массово производить недорогие часы с деревянными механизмами. Европейцы стали называть такое массовое стандартизированное производство «американской системой мануфактур». Но это дело уже прошлое.

А на подходе уже будущее. Грядет век пара и электричества. Кузнец из Вустера, штат Массачусет, Ичаборд Уошберн в 1831 году создаст американское производство проволоки. В этом же году Маккормик создаст свою знаменитую жатку, а кузнец из Иллинойса Джон Дир, в честь которого назван комбайн, в 1837 году выковал плуг из стали, а не из дерева со стальным лемехом. В 1835 году полковник Сэмуэль Кольт запатентовал свой коммерчески успешный револьвер.

А дальше уже станет совсем горячо: в 1844 году Чарльз Гудиер запатентует процесс вулканизации резины, а в 1846 году Элиас Хоу из Бостона запатентует швейную машинку.

Конечно, все это патенты в США, а кое-где в Европе многое делалось раньше. Например, примитивную швейную машинку создал один итальянский монах еще в 17 веке. Но заработало-то все на полную мощность только в США.

К примеру, в 1844 году Самуэль Морзе, известный художник, ни разу не специалист в электротехнике, представит в зале Верховного суда свой запатентованный электрический телеграф. Форменная чепуха! Ведь при этом, еще до Морзе, существовало около десятка работающих прототипов электрического телеграфа. В том числе в Австрийской империи и в России. Но все эти телеграфы так и остались забавными работающими игрушками, а аппарат Морзе, несмотря на явный плагиат, распространился со скоростью эпидемии по всему миру. А справедливо это или нет, всех не колышет.

Конкуренция дело деликатное. На западе буржуи часто скупают у изобретателей патенты и на десятилетия кладут их «под сукно». В СССР же просто не давали новым разработкам ходу, под лозунгом «Мы построили завод под старую модель, а ты принес нам новую, нам что теперь завод перестраивать?» А как пел Высоцкий про судьбы тех новаторов-передовиков, кому больше всех надо: «Служил он в Таллине при Сталине, теперь лежит заваленный, нам жаль по человечески его!»

А в северных пригородах Буэнос-Айреса, мы у реки поставим алюминиевый заводик. Надо же пользоваться тем обстоятельством, что бокситов и глиноземов в Аргентине хоть задницей ешь. А сейчас производить «крылатый металл», что намного дороже золота, гораздо выгоднее, чем разрабатывать еще не открытые здесь месторождения золота и серебра. Отмеченные у меня в путеводителе. Еще четверть века у меня в запасе есть, пока американцы не подберут нужные катализаторы и не начнут производить алюминий тоннами, отчего цена сразу рухнет. А золото и серебро пусть пока полежит в земле, эти металлы не окислятся, спокойно дождутся моего внимания.