Море как море, но на берегу не было видно не следа цивилизации: сотовых вышек, линий электропередач, асфальтовых дорог, куч пластикового мусора. На небе не наблюдалось инверсионных следов от самолетов. На море железных судов. Пару рыбачьих шаланд, сделанных из дерева, что виднелись на спокойной глади моря, выглядели на редкость архаично.

Так же отстало и примитивно выглядели два населенных пункта, которые ночью светили мне огоньками.

— Не понял… — ошарашено пробормотал я себе под нос. — Где я? Куда это меня забросило? Ответ: «К ебеням!» не предлагать!

Несмотря на март месяц было довольно тепло. Можно сказать, день будет жарким. Градусов под тридцать. По крайней мере, я на это надеюсь.

Мы уже собирались вскоре приземляться в аэропорту Буэнос-Айреса, когда потерпели крушение. Значит, я в Аргентине. Поскольку солнце восходит впереди от берега. Был бы на восточном берегу — в Уругвае, то солнце бы всходило несколько сзади и сбоку.

А так как когда я нахлебался воды, то она не походила на морскую, то значит передо мной залив Ла-Платы. Это огромная дельта большой реки, впадающей в океан и образующей большой лиман. Устье или эстуарий по-испански. За размеры и за вкус воды испанцы когда-то называли его «Сладким морем».

Одежда и носки высохли, а башмаки были сыроваты. Ничего, досохнут на мне и будут плотнее облегать ногу. Поскольку чувствовал я себя на редкость отлично, голова была ясной и работала как хороший компьютер, то решил пока провести инвентаризацию своих вещей. Ведь весь багаж, тю-тю, на дне океана, мне недоступен. Глядишь и спасатели подоспеют. Ноги бить не придется. Доберусь до аргентинской столицы как белый человек, на вертолете.

Поскольку март в России еще зимний месяц, а в Аргентине — летний, то я был сразу одет в летний костюм. Сине-зеленый пиджак, типа клубного, и светлые штаны. А вот летние туфли надевать на ноги я побоялся, даже с учетом того, что ехал в аэропорт на такси. Не по нашей погоде. Остановился на легких осенних ботинках. Выглядел, конечно, странновато, но переодеться мне пока не в чего. Верхняя одежда — шапка с дубленкой — где-то плещутся в океане, вместе с моими чемоданами на колесиках.

Зато карманы пиджака были забиты. Паспорт с бумагами в одном, портмоне в другом. Так как в Аргентине вечные дефолты и карты могут отказать, то я взял с собой бумажные доллары. Двадцать стодолларовых бумажек. Итого: две тысячи баксов. Думал, хватит на все случаи жизни. А случаи разные бывают. Сейчас денежные бумажки просохнут и можно не очковать. Я буду при деньгах.