Вернуться домой.

Она достала смартфон, нашла в контактах номер службы такси. Палец завис над кнопкой вызова. Сердце забилось чаще, ладони стали влажным. А что, если ритуал дал сбой? Да нет, глупости… Громов уже уехал, все должно быть нормально.

Она назвала свой старый адрес в приложении и стала ждать. Ожидание было мучительным. Она ходила по комнате из угла в угол, то и дело поглядывая на браслет на своем запястье. Тонкая серебристая нить, тусклый молочный камень. Никаких ощущений. Ни тепла, ни покалывания.

Когда внизу раздался гудок, она вздрогнула. Накинув куртку, она сбежала по лестнице и в холле столкнулась с Лидией. Та окинула ее вопросительным взглядом.

— Я… я домой съезжу, — сказала Алиса, чувствуя себя так, словно отпрашивается у строгой гувернантки. — Проверить, все ли в порядке.

Лидия кивнула, и в ее взгляде Алиса прочитала понимание и ту же самую тревогу.

— Будь осторожна.

Сев в машину, она захлопнула за собой дверь. Такси тронулось, и с этого момента весь ее мир сузился до внутренних ощущений. Она вцепилась пальцами в сиденье, ожидая боли. Машина выехала на проспект, набирая скорость. Алиса зажмурилась. Сердце пропустило удар, потом еще один.

«А вдруг будет больно?»

«Браслет… Браслет на руке⁈».

Девушка бросила взгляд на руку. Браслет был на месте.

Она медленно выдохнула. Город проплывал за окном: витрины магазинов, спешащие прохожие, яркие афиши. И никакой боли. Ни малейшего намека на тот ледяной обруч, что еще вчера был готов раздавить ее. Алиса откинулась на спинку сиденья, расслабляясь.

И тут же ее накрыла вторая волна эмоций, странная и неожиданная. Удивление. Она удивлялась тому, что ничего не чувствует. Тому, что может просто ехать в машине по своему городу, не боясь, что каждый лишний метр превратится в пытку. И это удивление испугало ее больше, чем ожидание боли.

Какая странная мысль. Она удивилась тому, что должно быть нормой.

Эта мысль обожгла своей абсурдностью. Когда это успело случиться? Когда постоянный страх, ежесекундный контроль дистанции, ощущение невидимого поводка на шее… когда все это стало для нее обыденностью?

Она смотрела на людей за окном, на их беззаботные лица, и впервые за долгое время почувствовала себя одной из них. Просто девушкой, едущей по своим делам. И эта нормальность казалась самым большим чудом.

Такси остановилось у знакомого поворота. Расплатившись, она вышла и зашагала по узкой, заросшей травой улочке. Вот и он. Ее дом. Отцовский дом.

Она остановилась у калитки, и сердце снова сжалось, но на этот раз от другой боли. Калитка просела, ее нижний край царапал землю. На металле проступили рыжие потеки ржавчины. Она толкнула створку, и та со скрипом, от которого свело зубы, поддалась.