В постоялом доме, пока поднимался к себе, я с интересом осматривался, но свое творение не увидел, хотя чего это я, вероятно, у себя в комнате повесил, сам наслаждается. Зачем простых смертных радовать.

Дома дела пошли не лучше, видимо, отсутствие полноценного сна сказалось на восстановлении, потому что процесс создания энергоканалов между кристаллами и непосредственно запитка одного из них сегодня давались намного труднее, чем обычно. Времени было нужно тоже больше, поэтому когда в дверь постучали, я ещё продолжал тонкую работу и не стал сразу реагировать. В первую очередь нужно завершить работу. Ассоциативно это всё напоминало работу хирурга. Я делал очень аккуратные манипуляции пальцами, стараясь проводить энергию к ним по энергоканалам через всё тело, аккумулируя все крохи, которые у меня есть. Изменения происходили не на тех же кончиках пальцев, а на расстоянии от них, словно я орудовал длинными ножницами, или вовсе — китайскими палочками.

Вскоре второй образец я завершил и вытер тыльной стороной ладони испарину со лба. Вся эта работа моему носителю давалась очень тяжело.

За входной дверью уже никого не было. Образец в обмен на квартплату, как мы договорились ночью, я должен был хозяину дома, к нему сразу и пошёл. Память услужливо предоставила, в какую дверь нужно постучаться. Он жил в этом же доме на первом этаже. По сути весь первый этаж был его, постояльцам был доступен лишь небольшой корридор до лестницы на второй этаж. Прохор Игнатьевич к себе никого не пускал, поэтому я даже не представлял сколько там комнат.

Какого было моё удивление, что стоило мне постучать, как Прохор радушно отворил дверь, буквально втолкнул меня внутрь. Всё это произошло в мгновение ока. Широко он улыбнувшись заговорил.

— Дорогой мой! Ты принёс?

За два дня скачек от Тимофея к Олегу и дорогому. Изменения в общении, конечно, координальные. Очень не люблю таких людей, которые меняют своё отношение к другим в зависимости от нужды к ним, но сейчас придётся терпеть и работать, ведь это наоборот было мне на руку.

— Да, я принёс ещё один образец.

Но старик тут же растерял всю свою напускную улыбку.

— Ещё один? Олег, дорогой, нужно больше! Нужно несколько десятков!

Я осторожно, стараясь не показывая этого, осмотрелся, но своей лампочки нигде не увидел, везде стояли свечки.

— Я принесу ещё, но мне нужно время.

— Нужно быстрее, — уже жёстче сказал тот.

Раз радушность диалога растерялась я решил спросить прямо.

— Скажите, и по чём вы продали моё изобретение?

— В каком смысле продал? Всё для себя, всё для себя, — развёл он руками.