Поддерживать две оболочки значительно сложнее и энергозатратнее, чем одну.
Установлено, что максимальное количество оболочек будет зависеть от уровня концентрации и энергии. Если с первым у меня есть шансы, то со вторым нет, количество энергии — моя слабая сторона.
Следует попробовать другое направление, не увеличивать размеры оболочки, а увеличивать количество оболочек.
Глава 17
Вернувшись в комнату, я первым делом освободил стол от чертежей, обломков кристаллов и инструментов, которые за последние дни успели занять каждый свободный угол. Бумаги легли аккуратной стопкой на подоконник, напильники отправились в ящик, а на очищенную деревянную поверхность я по очереди выложил три детали.
Металлическое основание, полученное от Грома, стеклянный лотос от Светуса и свою лампочку.
Несколько секунд я просто стоял над ними, не решаясь прикоснуться. Странное ощущение, будто сейчас в одной точке должны встретиться три совершенно разных человека: кузнец, который думает прочностью и нагрузками; стеклодув, который видит свет и цвет; и я, пытающийся заставить энергию служить людям. Физически никого из них рядом не было, но их работа лежала передо мной так явно, словно каждый только что отошёл от стола.
А самое главное, я подсознательно оттягивал момент начала, пока не попробовал, всё, скорее всего, хорошо, а как только попробую, может оказаться, что есть ошибка, которую нужно будет исправлять… Но нужно пробовать, поэтому я первым взял металлическое основание. Холодный металл приятно лёг в ладони. Провёл пальцем по кованым листьям, и память сразу вернула спокойный голос Грома:
— Красота должна работать.
Листья здесь были не украшением, прикрученным поверх конструкции. Каждый изгиб продолжал силовое ребро, каждый лепесток перераспределял нагрузку, а плавный переход стебля в держатель кристалла одновременно делал форму изящной и убирал слабое место в металле.
Я установил лампочку в центральный держатель. Она вошла в направляющие с такой точностью, что мне даже не пришлось ничего поджимать или выравнивать. Никаких винтов, никаких прокладок, никакой привычной для мастерских подгонки напильником. Раздался лишь тихий металлический щелчок, после которого лампа заняла своё место так уверенно, будто всегда была частью этого основания.
Я невольно улыбнулся.
Если бы мне показали этот узел на Земле, я бы решил, что его проектировали современные инженеры с хорошим пакетом инженерных программ и возможностью установки допусков до сотых долей миллиметра.
Потом настала очередь стекла.
Я осторожно взял лотос обеими руками. После металла он казался почти невесомым. Тонкие лепестки ловили свет из окна и меняли оттенок при каждом движении, от холодного голубого до почти молочно-белого.