— Сейчас, сперва этот посчитаю, потом и тот! — наполненным энтузиазмом голосом заявил Алексей Петрович. — Не мешай, минут тридцать.

— Ага, — застенчиво сказала я, — пойду пока воды в вазу наберу, чтобы цветочки поставить…

— Иди! — позволил Алексей Петрович. — Я тебе сейчас быстренько всё доделаю, а вечером мы с тобой идём в ресторан! И это не обсуждается!

— Конечно-конечно! — сказала я, стараясь, чтобы скрип зубной эмали получился не сильно громким.

Алексей Петрович остался делать отчёты, а я схватила двухлитровую банку, заменяющую в моём кабинете служебную вазу, и отправилась к Таиске на разборку.

— Проморгала ты свой костюм, Таисия! — обличительно сказала я и злорадно добавила, — а, между прочим, в Нью-Йорке это самый писк моды! На Бродвее все только в таких и ходят.

— Почему это проморгала? — встревожилась Таисия, — мы же только что поспорили. Полчаса назад!

— А потому! Потому! Сейчас пресловутый Алексей Петрович сидит в моём кабинете. А меня отправил воды для букета набрать! — и я продемонстрировала пустую двухлитровую банку и ехидно добавила, — и в ресторан, между прочим, позвал.

— Блин, — расстроилась Таисия, — и что теперь делать? Костюм очень хочу. Я всегда о таком мечтала.

— Так действуй! — я вручила банку Таисии.

Та подскочила и ринулась в дверь.

— Куда⁈ Стой! — я еле успела её поймать, — погоди немного, пускай отчёт сперва доделает.

— Вот ты язва, Люба, — хихикнула Таисия и спросила уже более миролюбивым тоном, — хочешь чаю? У меня «хворост» есть, вечером мама нажарила. С сахарной пудрой.

— А давай! — обрадовалась я и села пить чай.

Когда прошло где-то минут тридцать пять и по моим прикидкам отчёт Алексей Петрович должен был уже закончить, я сказала Таиске:

— Ну и что мы теперь будем делать? Мне ведь уже пора возвращаться в кабинет. А там этот…

— Я придумала! — расплылась в улыбке Таисия, — ты, Люба, соглашайся на ресторан, а вместо тебя пойду я!

— И как это будет выглядеть? Детский сад какой-то, — поморщилась я и для аргументации покрутила пальцем у виска, мол, ты совсем тю-тю, что ли.

— А тебе не всё равно? — прищурилась Таисия, — ты не придёшь, он будет ждать, злиться. А тут раз — и я пришла такая вся красивая…

— Ну и что? Он тебя пошлёт нафиг и пойдёт ко мне с разборками, — отмахнулась я и едко заметила, — плохой у вас план, товарищ Штирлиц.

— Ты не дослушала! — указательный палец Таисии обличительно уставился на меня, — дослушай сперва!

— Я вся во внимании, — вздохнула я, размышляя, как отшить Алексея Петровича, но так, чтобы он не обиделся, ну или хотя бы не стал моим кровным врагом.