— Кроме того, — продолжила Сиюткина, — если бы даже это было так, то тоже ничего страшного. Для семян холод полезен. Стратификация называется. А борщевика вообще ничего не берёт. Такая зараза, простигосподи. Иногда мне кажется, что он бы и на Луне смог прорасти.

Когда вернулись мужчины, Пивоваров весело взглянул на нас и оживлённо сказал:

— Так куда мы идём?

Однако ответить я не успела. Раздался требовательный стук и на пороге опять возникла Аврора Илларионовна. Она была вся красная, ноздри её раздувались от гнева.

— Это ваша девочка такое там вытворяет? — заверещала она мне. — Убирайте её оттуда немедленно!

— Господи, что там ещё случилось? — перепугалась я и аж с кровати подскочила.

— К Арсению Борисовичу пришли мистер Смит и миссис Миллер! — выпалила Аврора Илларионовна. — Уважаемые люди! А эта невоспитанная девица с ними болтать полезла! Прекратите это сейчас же!

— Подождите, Аврора Илларионовна, — растерянно пробормотала я, — она что ругается там с ними? Хамит им? Мешает вести переговоры, или что?

— Нет, они сами с ней заговорили, но она же могла просто ответить вежливо на вопрос и быстренько уйти. А она стала там болтать! Уже двадцать минут болтает. Это ни в какие рамки не вкладывается! — зашипела Аврора Илларионовна.

— Ну и пусть болтает, — я всё никак не могла взять в толк, что именно её так бесит, — Если они громко разговаривают, то вы можете уйти в свою комнату и не слушать.

— Я не понимаю, что они говорят! — фыркнула Аврора Илларионовна, — Может, она все государственные тайны им рассказывает! А переводчицы рядом нету! Тоже где-то шляется! Развели бардак!

— Откуда ребёнок может знать государственные тайны? — бесхитростно хохотнул Комиссаров, — Но если вы так за нашу страну боитесь, то сходите нажалуйтесь Арсению Борисовичу. У вас это хорошо получается.

— А вас вообще не спрашивали! — зло ответила Аврора Илларионовна и брезгливо поджала губы, — будут мне ещё всякие сантехники указывать! Знайте своё место!

Лицо Комиссарова пошло пятнами. Но он сдержался и ничего ей не сказал.

Аврора Илларионовна ещё немножко побушевала, но, видя, что мы все дружно не реагируем, ушла.

Когда дверь захлопнулась, на несколько минут в комнате повисло недоумённое молчание.

— И вот как мы теперь уйдём? — нарушил тишину Пивоваров. — Нет, уйти-то мы можем, но она увидит и сейчас опять такая вонь начнётся…

— Иногда вонь — это хорошо, — на тонких губах Комиссарова заиграла ехидная ухмылка, и неожиданно он спросил. — Девочки, а у вас нож есть?

Мы синхронно вздохнули — ножа ни у кого, к сожалению, не было.