Пивоваров опять был прав.

Когда он собрался уходить, я сказала:

— Погодите, Пётр Кузьмич. Фёдор Степанович и Ефим Фомич ушли. А они же приходили обсудить новый план…

— Ну, да, — согласился Пивоваров.

— Значит, нужно поговорить с ними, а то они сейчас такого опять насочиняют… — сказала я, и Пивоваров понял меня с полуслова.

Сначала мы пошли в комнату Комиссарова. Но там никого не было. Куща тоже дома не оказалось.

— Неужели…? — я оборвала себя на полуслове и многозначительно посмотрела на пожилого юриста.

— Сейчас поищем, — успокоил меня он.

— Я пойду с вами, — твёрдо заявила я, и Пивоваров спорить не стал.

Мы пошли посмотреть в вестибюль, потом заглянули в столовую. В небольшом парке-палисаднике, который окружал придомовую территорию пансионата, их тоже не оказалось.

— Давайте ещё в комнате для молитв посмотрим и всё, — устало сказала я, — все эти волнения, да ещё и беготня окончательно меня доконали.

Мы заглянули в большой зал, который здесь использовали и для лекций, и для мероприятий, и для массовых молебнов.

Там сидел Арсений Борисович. Напротив него устроилась семья Ляховых. При нашем появлении разговор оборвался, и все уставились на нас не самыми дружелюбными взглядами.

— Вам разве не ясно было сказано ждать в комнатах? — едко спросил Роман Александрович. При этом его и так вечно красное, одутловатое лицо раздулось ещё сильнее.

— А для них слово Арсения Борисовича значения не имеет! — злорадно поддакнула Аврора Илларионовна и многозначительно посмотрела на Благнообразного.

А тот предпочёл сделать вид, что не понял.

Повисло напряженное молчание.

Аврора Илларионовна вспыхнула и сказала:

— Роман! Наведи порядок, раз больше некому…

— Товарищи, пройдите пока в свои комнаты, — примирительно сказал Арсений Борисович. — Сейчас мы тут закончим, и я навещу каждого из вас. Наберитесь терпения.

— Конечно, конечно, — тоже примирительно сказал Пивоваров и торопливо закрыл дверь.

— Лучше уж подальше отсюда, — сказал он и мы пошли искать дальше.

Кущ и Комиссаров обнаружились в номере у Комиссарова. Они сидели прямо на полу и горячо, взахлёб, спорили. Перед ними лежала старая развёрнутая карта.

На нас они особо не обратили внимания.

— Да нет же! Лучше всего натаскать вот сюда дофига глины со щебнем. И на обочину это всё дело закинуть. А потом сбросить в поток! — горячился Кущ, тыкая в какую-то точку на карте пальцем.

— Думаешь, получиться создать пробку? — недоверчиво покачал головой Комиссаров и задумчиво поскрёб затылок. — Пойми Фёдор, мы же не сможем сделать это одномоментно. Где мы столько глины возьмём, а? Да и у нас столько людей нету. Даже если мы всех наших баб привлечём, всё равно толку не будет. А поток нечистот малые количества тупо смоет.