— Ну давайте тогда чай пить, что ли… — сказал Комиссаров и вставил самодельный кипятильничек в кувшин с водой.

И мы сели пить чай. Стаканов на всех не хватило, так что Кущ сбегал к себе и принёс ещё два. А заодно пачку бубликов. И вот мы сидим, такие, пьём чай с бубликами. Долго сидели. Больше часа точно. Пивоваров рассказывал о случаях из своей юридической практики. Кущ и Комиссаров — из своей работы. Я сидела, слушала и в нужных местах либо охала, либо смеялась. Мне-то рассказывать особо было нечего.

И тут в дверь постучали.

Тихо так, вежливо.

Мы переглянулись. Явно по нашу душу пришли.

— Открыто! — нерадостным голосом сказал Комиссаров, как хозяин комнаты.

Дверь открылась и на пороге возникли двое — Белоконь и ещё какой-то человек.

— Смотрите, — сказала Белоконь и кивнула на неизвестного, — вот этот человек, он всё здесь знает.

Мы переглянулись.

В глазах читался немой вопрос: он из полиции?

— Добрый день, товарищи, — тем временем вежливо поздоровался низенький человечек по-русски.

Я внутренне выдохнула. Вряд ли в американской полиции так хорошо знают русский. Причём с облегчением вздохнула не только я. очевидно, что все так подумали.

Незнакомец был очень маленького роста, но при этом необычайно толстым и широкоплечим (ещё бы борода и был бы вылитый дворф).

— Меня зовут Борис Моисеевич Гольдман, — с детской добродушной улыбкой слегка наклонился он (насколько позволял могучий живот) и все три его подбородка тоже вежливо и доброжелательно колыхнулись в такт.

— Очень приятно, — деликатно ответил Пивоваров и вопросительно посмотрел на Белоконь, — Ирина Александровна, а зачем всё это?

— О! Боречка здесь знает всё! — радостно разулыбалась Белоконь.

— Именно так. Наша маленькая диаспора хоть живёт здесь не так уж и давно, всего три года, — застенчиво пояснил Гольдман, — но вес мы уже имеем немаленький. И можем вам помочь.

— Простите, а чем вы можете нам помочь? — прищурился Пивоваров и взгляд его полыхнул недобрым подозрительным огнём.

— Мне Ирочка сказала, что вам нужна информация по Конторе?

— Что ещё за Контора?

— Так называемое Бюро по очистке сточных вод, — пояснил Гольдман, — всё дело в том, что моя троюродная племянница, Циля Гольдман, хорошая, между прочим, девочка, работает там в отделе по реконструкции Норс Ривер. А это большая территория от Бэнк Стрит в Гринвич Виллидж до Инвуд Хилл, на минуточку! Но доступ к информации у неё есть по всем отделениям города и пригородов. Но так-то, если надо, мы можем и по всей стране найти. Кроме Техаса и Алабамы.

— Что вы хотите за эту информацию? — торопливо спросил Пивоваров, не дав никому из нас вымолвить ни словечка. — Вы же понимаете, что лишних денег у нас нет?