Я неторопливо прошлась промеж рядами. Выбрала для деда Василия хороший джинсовый комбинезон тёмно-синего цвета, в котором здесь ходят садовники, чистильщики бассейнов и слесари. Ткань была добротная, плотная, почти брезентовая, только чуть мягче. Ему в самый раз для работы в деревне будет. Немного подумала и взяла такой же, только тёмно-зелёный, для Ричарда. Ещё немного подумала и взяла для Изабеллы, правда на вырост, и цвет не очень, коричневый, но для деревни то, что надо.

Изабелле я набрала платьишек, футболочек и красивую оранжевую панамку с ярко-желтым цыплёнком (герой из какого-то мультфильма, я в них не разбираюсь). Анжелике нашла практичную куртку-дублёнку, правда из искусственного меха, но бегать на пары ей в самый раз будет. Зато цвет меха был выкрашен в нежно-розовый. Все девчата ей обзавидуются. Думаю, размер должен быть впору. Саму Анжелику я с собой не взяла. Их, вместе с Ксюшей, закрутили на всякие молодёжные мероприятия, они и так еле-еле успевали пообедать и переодеться. Так что пусть набирается впечатлений и изучает английский язык. А уж куртку я и сама ей вполне выберу.

Для себя я сначала особо и не хотела ничего брать, у меня оставалась китайская сумка всякого барахла, с которой я сюда попала. Но быть в сэконде и ничего не взять — этого я вынести не смогла. И как-то незаметно для самой себя я набрала себе несколько блузок рубашечного типа, очень красивых и качественных. На работу просто отлично будет.

Я уже затарилась, уже и расплатилась, а девчат всё не было. Я взглянула на часы — время поджимало. Мы сегодня ужинали в столовой и пропускать полноценную еду, которая и так была у нас раз в сутки, я была не намерена.

— Девочки, вы долго там? — спросила я, но меня не услышали. Азарт, дикий охотничий азарт охватил их. Для всякого русского человека священное слово «халява» — это весь мир, даже микрокосм. А цены здесь были чисто символические. Вот наши дамочки и отрывались.

— Мы на ужин опоздаем! — опять повторила я, впрочем, без всякой уже надежды.

Хотя радовало то, что магазин через полчаса закрывается. Так что, может, и успеем.

— Девочки, заканчивайте! А то магазин закроется, и вы расплатиться не успеете! — наконец, провозгласила я, когда оставалось пятнадцать минут до закрытия.

Рыбина, Белоконь и Сиюткина ломанулись к кассе платить. А я порадовалась, что магазин работает не круглосуточно.

Когда мы, груженные, как верблюды баулами с «уловом» вернулись в пансионат, народ нас встретил, мягко говоря, по-разному. Среди эмоций, в основном, преобладала зависть. А Аврора Илларионовна, которая после всех этих историй с Кущом и Комиссаровым, слегка присмирела и уже не хамила так внаглую, сейчас, завидев нас, не выдержала: