Ага, пушки откатились в стороны и заряжают, в проём по команде дер Буля пошли щитовики. Всё по плану, молодцы отцы-командиры, выучили роли! Витор продолжает околачивать зубцы башен, оказывается, там наверху еще кто-то прячется и пытается взять хоть какую-то плату за вход в замок. Естественно, кровью моих бойцов. Шалите, братцы, граф дер Прист не для того пришел к вам, чтоб валяться на травке, он фанат своих малокалиберных орудий. Высунуться между зубцами и неприцельно выстрелить из арбалета какой-то смельчак успел, а вот убраться — уже нет. Не знаю, было ли прямое попадание, или защитника посекло осколками стены, но больше там никто не появлялся. Ага, а вот сейчас было верное попадание в человека! Красный фонтанчик хорошо виден с нашей позиции. Расстояние в сотню шагов позволяет разглядеть, как человека разрывает малокалиберным снарядом. Жестоко, но это выбор противника.

Пожалуй, можно и мне уже входить в крепость дабы полюбоваться на плоды трудов своих. Грустная картина, нечего прибавить — некоторое количество мертвых тел разной степени поломанности, неаппетитный фарш, лужа крови… я так понимаю, когда мы сконцентрировали своё внимание на ворота, командир имантцев погнал всех своих дружинников сюда, чтоб оказать достойный отпор. Или хотя бы слегка заметный. Вышло, что все соратники погибли плечо к плечу, как и должно. Трёхдюймовые пушки — это такой аргумент для этой эпохи, что и не вышепчешь. Вон они стоят, красавицы мои! Вот только что-то глаз цепануло. Впервые понял именно сейчас: трёхдюймовка в моём прошлом мире имела в миллиметрах калибр семьдесят шесть этих самых. А тут на глаз совсем другое отверстие — чуть больше спичечного коробка, примерно шестьдесят миллиметров.

Как так? Я точно помню — дюймы есть природная размерная величина, равная ширине пальца взрослого мужчины. Эталон калибровочный у меня всегда под рукой, то есть в руке. То есть вот моя рука — она эталон. Ружьё — один палец, пушки Витора — два пальца, пушки Доркина — три пальца. Смотрю на свои растопыренные пальчики, свожу их, примериваю… Задница какая-то! В смысле не задница, а руки у меня того.

— Доркин, бегом ко мне! Руку вытяни! Пальцы покажь! И ты, как там тебя, пальцы показывай!

— Ваш-сясьтво, мы ничего! Это не мы, точно говорю, они сами первые начали!

— Стоять! Свободны.

Какая забавная история, несколько лет назад мне досталось шестнадцатилетнее тело Дорда не очень героической комплекции с узкими юношескими ладонями. Мне уже девятнадцать давно, а руки того, всё еще маленькие и изящные, словно женские. У Витора вона какие лапищи, как это вышло? Не иначе гены матери Дорда подкузьмили. То-то вокруг удивляются, что все мои клинки, какие для меня изготовлены с такими узкими рукоятями. Мне так удобнее. Я раньше и не замечал, что ручки не богатырские, дюймы не дюймовые. Ну и ладно, эталон длины имеется, менять не буду. Тем более, что оружие всех трёх калибров вполне справляется со своими задачами. Но как же тут воняет! Смерть, она такая, с помоешным ароматом.