— П-пра-сти… жить очень хочу…
На его лицо было страшно смотреть. Я медленно снял палец с курка, забросил ружье за спину и направился к бричке…
Гарин приехал рано утром. Без помощников, с одним кучером. Я даже не хотел впускать эту мерзость во двор и сам вышел за ворота.
— Гриша в больнице,– сухо сказал Гарин.– У него четыре трещины в челюсти, сломан нос, порвано ухо и щека… что-то серьезное с глазом… а еще перелом руки.
— Они похитили и избили мою невесту,– ответил я.– Хотели надругаться.
— Какую еще невесту? — удивился Гарин.
— Аглаю. Я женюсь на ней.
— Вы редкостный дурак, Никитин. Теперь внимательно послушайте. Мой сводный брат — помощник полицмейстера в Царицыне. Председатель уездного суда Вершинин — тоже мой хороший приятель, с Иннокентием Яковлевичем Барышниковым, статским советником — мы вместе росли и учились. Теперь я подключу все связи, вас лишат дворянства и сгноят на каторге. Избить и покалечить дворянина за дворовую девку… эту смазливую шлюшку, которая сама ходит и задницей вертит… Да она наверняка сама поехала с парнями и раздвинула ноги…
— Вы только что оскорбили мою будущую супругу Аглаю Федоровну. Если вы истинный дворянин — я требую сатисфакции!
Гарин побледнел и заиграл желваками.
— Где и когда?
— Завтра утром, в девять. На излучине реки, на границе наших поместий.
— Будем стреляться? — усмехнулся Гарин.
— С пятнадцати шагов.
Гарин кивнул:
— Я принимаю. Но в любом случае, вам не избежать судебной тяжбы. По закону Аглая еще не дворянка и даже не вольная, а крепостная… так что лично для вас все обернется очень сурово…
Гарин смерил меня презрительным взглядом, сел в бричку и уехал.
Я пока не стал говорить Гарину, что точно знаю, кто поджигал завод и кто нанял молодчиков. Это будет моим козырем. Тем более, мордастый Мирон Сахнов слезно пообещал дать показания на суде.
Ротмистр Вахрушев слегка обиделся, что я не взял его на разборки в домик егеря. Однако за ночь обида прошла и растворилась. Я подробно ему обо всем рассказал.
— Чего этот упырь приезжал? — спросил Вахрушев.
— Грозится упечь меня на каторгу за сынка. Наши «лесные братья» вчера не появлялись?
— Нет. Все тихо. Но думаю, нужно серьезно отнестись к их предупреждению…
— Я вчера не попал на встречу по уважительной причине…
— Андрей Иванович, вы еще удержали себя в руках, я бы наверняка пристрелил этого урода Гришу на месте…
— Меня Герасим удержал. Я мог забить его до смерти… Кстати, завтра у нас с Гариным дуэль.
Ротмистр присвистнул.
— Неужели? Давно пора продырявить эту старую глупую голову. Но почему-то мне кажется, что и на дуэли он совершит подлянку…