Как только хозяйка принесла стакан водки и тарелку с поджаркой, поэт сразу опрокинул водку в рот, но до закуски даже не дотронулся. Он внимательно взглянул на меня потускневшим взглядом и вздохнул:
— Не дай Бог увидеть русский бунт, бессмысленный и беспощадный…
Коробейникова сильно покачнуло. Я испугался, что он сейчас свалится на пол.
— Прошу прощения… кажется, я сегодня слегка перебрал…
Поэт привстал и пошатываясь, вышел из столовой.
Мы переночевали в дорожной гостинице, а наутро собирались домой. Когда сели в бричку, хозяйка вынесла пожелтевшую от времени инкунабулу — старинную книгу.
— Барин, может купите хоть за два рубля? В старом сундуке перебирала, вроде сжечь жалко…
Я прочитал на обложке потрескавшееся название «О великом городе Сарай-Берке. Составлено диаконом Иваном Былиным. Год 1704.» Я пролистал пожухлые страницы, кое-что в тексте еще можно было разобрать. Все же раритет, надо взять и почитать на досуге.
Заплатил хозяйке и мы тронулись в путь. О поэте Несторе Коробейникове, любителе индийского гашиша, я и вправду никогда не слышал, в отличии от известного русского поэта Николая Некрасова…
В дороге неожиданно навеяли знакомые со школьной скамьи некрасовские строки.
Эй, ямщик удалой,
Разгони чем-нибудь мою скуку!
Песню, что ли, приятель, запой
Про рекрутский набор и разлуку…
Глава 7
Когда мы подъехали к усадьбе — меня ждал новый удар судьбы.
— Жандармы,– удивленно пробормотал Герасим.
Большая темно-синяя карета с кучером в военной форме ехала со стороны балок. Как только карета остановилась, скрипнув рессорами, дверца приоткрылась и вышел полковник Кудасов. Очень встревоженный и серьезный.
— Господин Никитин, куда это вы ездили?
— В Царицын. Я встречался с губернатором Кожевниковым.
— Прошу, пройдемте на пару слов…
Полковник по-хозяйски вошел во двор и показал на беседку.
— В чем дело, милейший? — из дома появился ротмистр Вахрушев.
— Кто вы такой? — грубо спросил полковник.
— Это мой товарищ, ротмистр Вахрушев,– ответил я.
— Ротмистр, я полковник Кудасов. Канцелярия Его Императорского Величества. Нам необходимо поговорить с господином Никитиным
наедине…
Вахрушев кивнул и вернулся в дом.
— Мы арестовали инженера Ковалевского,– сухо сказал полковник.
— Как арестовали? За что?
— По доносу его соседей. Ковалевский весной собирал в квартире либерально настроенных студентов и рабочих, вел антигосударственную пропаганду, при обыске в его квартире нашли запрещенную литературу…
— Ковалевский — стоящий инженер. На нем весь завод держится… Как же так, господин полковник…
— Вот и занимался бы производством, зачем полез в политику…– вздохнул Кудасов.– Ковалевского завтра отправят в Москву,там уже будут вести следствие и разбираться…