— Только когда хорошо сплю, — она обернулась, глядя на меня из-под пряди. — А сплю я хорошо только рядом с тобой.

— Ты уверена, что спала? — я приподнял бровь. — У меня большие сомнения. По-моему, мы с тобой дважды забыли, где находится север.

— Север — там, где ты, — отрезала она, подходя ко мне с тарелкой. — Я вообще теперь полностью потеряла ориентацию. Что ты наделал, Костя?

— Всё то, что ты просила. И даже чуть-чуть сверху.

Она села ко мне на колени, поставив тарелку на стол. Я тут же обнял её за талию, вдохнул аромат её кожи — тепло, сладость и чуть-чуть перца.

* * *

— Слушай, — прошептал я, целуя её в висок. — А ты не подумала, что если мы каждую ночь будем так… активно себя вести, мне придётся официально оформить отпуск за свой счёт?

— А ты не подумал, что если ты НЕ БУДЕШЬ — я сама пойду в кадры. В военную медицину. И у меня будут своя форма. Погоны… И комната с сейфом.

— И… халат?

— Короткий, — она чуть прикусила губу. — Очень короткий.

— Тогда я сдаюсь. Остаюсь при тебе, доктор.

Она рассмеялась и уткнулась лбом в мою шею.

— Хотя знаешь… может быть и другой вариант…

— К-какой??? — Сейчас она серьезно и пытливо смотрела в глаза.

— Я буду часто приходить к тебе на службу и мы ВДВОЕМ будем двигать сейф…

Ответом мне был ее звонкий смех.

— Знаешь, Костя… всё это — дом, утро, запах кофе, даже ты… Это как будто кино. Но только очень хорошее. То, в котором я хочу остаться.

— И в котором ты главная героиня.

— Не-е… — она погладила меня по щеке. — Главная героиня здесь — ночь. А ты — мой соавтор.

Мы ещё долго сидели так. Она — на моих коленях, я — на облаке счастья. В голове шумело, но не от недосыпа, а от чего-то другого. Как будто эта женщина рядом со мной была не просто моей женой, а моим спасением. Моим ответом на вопрос, который я даже не успел задать.

— Пойдём поспим ещё чуть-чуть? — предложила она, глядя в окно, где солнце уже начинало подглядывать за нашим завтраком и утренними признаниями.

— Если ты пообещаешь, что снова не дашь мне выспаться.

— Не обещаю, — хихикнула Инна. — Но шанс у тебя есть.

И она встала, потянув меня за руку. И я снова пошёл за ней, как всегда — добровольно, навсегда и до последнего вдоха.

Пробуждение было тёплым и медленным. Сначала — глухое жужжание потолочного вентилятора, разгоняющее горячий кубинский воздух по комнате. Потом — луч солнца, пробившийся сквозь штору и приютившийся на щеке. И наконец — запах.

Божественный, густой, родной запах… пельменей. Со сметаной. Причём не просто пельменей, а таких — из морозилки, засыпанных в кастрюлю со священным, чуть подсоленным кипятком, с лавровым листом и перцем горошком.