— И сколько уходит на одну?

— Семнадцать секунд от стирания до печати. Примерно шестьдесят секунд включая тест и упаковку.

Измайлов хмыкнул.

— Красиво, тихо и умно. Надеюсь, ты не забываешь, что за это в любой стране — прямая дорога на электрический стул?

— Потому мы и не в любой стране, Филипп Иванович.

— И не в любое время, Костя, и слава Богу.

Он немного помолчал, потом добавил:

— А чем их отличить? Эти доллары от настоящих?

— Ничем, только наши — честнее, — усмехнулся я. — Потому что заработаны потом и риском.

— Кстати, раз уж мы здесь, Филипп Иванович… — Я подошёл к длинному рабочему столу под голограммой «материального состава». — Пора показать, что можно сделать из этих красавцев.

На столе лежало пять золотых монет — тяжёлые, с характерным отблеском южноафриканского сплава. Генерал присмотрелся к надписям.

— Крюгеренды?

— Они самые. С каждой партией я провожу микроскопическое сканирование. Не только вес, диаметр, но и самые незначительные неровности, царапины, микроскопические трещинки — всё фиксируется. У каждой монеты — свой «отпечаток пальца». Это позволяет отличить их даже от самых качественных подделок, если вдруг кто решит переиграть нас на поле фальшивомонетчиков.

— Умно. А дальше?

— А дальше — металл идёт в переплав. Но на орбите не всё так просто. Добавка меди, которая придаёт прочность и характерный цвет, требует инертной среды и высокоточной дозировки. Без меди — монеты будут слишком мягкими, царапаться даже от ногтя. Но если переложим — начнёт крошиться, или изменится оттенок.

— Тут её не взять?

— Нет. На борту меди немного, и она предназначена под пайку и системы охлаждения. Поэтому пока работаем с тем, что есть. Плавим без добавок, чистое золото. Зато с высочайшей степенью чистоты и геометрической точности.

Я подал команду. Один из модулей отодвинул защитную шторку, открыв полость, где в микропечи медленно вращался тигель с золотом. Металл уже начал плавиться — тяжёлый, густой, как жидкое солнце.

— Вот теперь смотри. — Я открыл ещё одну панель. Там лежали круглые заготовки. — Это так называемые «пазлы». Их будет четыре типа: одна десятая, одна четвёртая, половина и целая унция. В собранном виде — единая «марка», с гравировкой и уникальным узором, как на печати или гербе. Но чтобы собрать всю — придётся постараться. Не говоря уж о том, что один или два фрагмента будут встречаться редко. Как в коллекционной карточной игре.

— А внутри?

— Чистое золото. Сплав один в один с исходным крюгерендом. Только форма другая. И целевая аудитория другая.

— Инвесторы и азартные?