— Думаю, с мелкими мы справимся, — проговорила Алёна. — Верно, Костя?
Я кивнул.
— Больших тоже можно убить, если знать, как, — сказал Камау. — Но они нам здесь вряд ли встретятся. Зато после того, как мы сплавимся по реке, начнутся земли, где они водятся.
— И унганы решили спрятаться там? — спросила Ирма.
— Лучшее место то, где тебя побоятся искать враги. Идти нам придётся по Пустоши только день, но за это время нас вполне могут обнаружить. Обычно у них хорошо развито обоняние. Кто-нибудь из вас хоть раз бился с проклятыми тварями?
Мои спутницы переглянулись. По лицу Юшен мелькнула едва различимая улыбка.
— Мне приходилось, — ответил я.
— Тебе? — удивлённо взглянула на меня Алёна.
— Полон сюрпризов, да?
— Но зачем тебе это понадобилось?
— Были дела в Пустоши. В Китае.
— Что это была за тварь? — спросил Камау с интересом.
Я рассказал о Фэншэн Шоу, не упомянув лишь о его ценном мозге.
— И ты мне об этом не говорил! — обиженно проговорила Алёна, когда я закончил.
— Как-то к слову не пришлось. Зато теперь вот рассказал.
— Ладно, привал окончен, — объявил, вставая, наш проводник. — Нужно идти дальше.
Теперь возглавлял наш отряд я, а Камау шагал у меня за спиной. Девушки вытянулись дальше, замыкала Юшен.
К концу дня, сделав ещё два коротких привала, мы добрались до низины и ступили в полную пряных ароматов чащу. Здесь было влажно и душно, прелый воздух окутывал нас, и между деревьями сгущался сумрак, пока через час пути не наступила ночная тьма. Даже луны и звёзд не было видно: настолько плотно сомкнулись над нами кроны деревьев, образуя сплошной купол. Последние двадцать минут вокруг царила тишина. Я полагал, что все обратили на это внимание, но никто ничего не говорил, пока Камау не остановился.
— Всё, нужно устраиваться на ночь, — проговорил он. — Я первым останусь на часах. Через три часа смени меня, — это адресовалось мне.
Я кивнул.
Мы начали устраиваться на ночлег. Когда всё было готово, Камау прошёлся вокруг лагеря, накладывая на деревья охранные и сигнальные Печати. На всякий случай я проделал то же самое. Доверять чужой магии, особенно когда её природа не совсем тебе ясна, не стоит.
— Как мы можем ложиться, если вокруг чудовища? — спросила Мейлин, нервно всматриваясь в темноту.
Что она ожидала там увидеть? Огоньки уставившихся на нас глаз? Монстры Пустоши не так глупы, чтобы обнаруживать себя, пока не атакуют.
— Я установил сигнальную паутину, — ответил Камау. — Она предупредит о том, что кто-то пересёк периметр.
— Да, но просыпаться уже может быть поздно, — возразила Мейлин.
Я с её опасениями был согласен. Но Камау нисколько не смутился.