Как же здо̒рово выскочить из жаркой парной и, не обращая внимания на колющие босые ноги камешки и веточки, с веселым уханьем с разбегу плюхнуться в ледяную реку! Ух, как обжигает и бодрит водица! Но проходит несколько секунд и оказывается не такая уж она и холодная, скорее в меру прохладная. И вот ты уже не спеша выходишь на берег, поднимаешься по узенькой, петляющей в зарослях крапивы тропинке к бане. А ведь пока бежал к реке, не замечал жалящих кустов. А теперь чувствуется покалывание на руках, да и ноги слегка ожгло. А следом, тихонько ругаясь себе под нос на злую траву, поднимается Володя Осипов. У баньки, на узенькой, длинной во всю стену скамеечке, попивая душистый квас, сидят завернувшись в простыни Ефтин, Уваров и дядька Степан. Есаул с Карповым о чем-то тихонько, лениво переговариваются. Они, оказывается, служили вместе еще в Туркестане. Сам Степан давно уже мог быть старшим вахмистром, но отказывался от чинов. Рядовым казаком, говорит, спокойней.
Да и судя по рассказам есаула, это сейчас с годами Карпов стал спокойным и основательным, а было время, по обоим берегам быстрого Хогоса знали лихого, бесшабашного казака Степку Карпова. И не было для него авторитетов и границ. Если уж преследовал он со своими казачками разбойников-барымтачей, так до конца, чтобы больше не приходили на нашу землю. А тут только-только мир заключили с цинцами. Новый конфликт никому не нужен. Вот и получалось, что казак службу исправно несет, а приходится его не поощрять, а наказывать. Раз сняли лычки у Карпова, второй. А потом он уже сам стал отказываться от повышений. Все одно разжалуют.
Сажусь рядом со Степаном, прихватив с небольшого столика, стоящего тут же, свою кружечку с кваском. Хорошо! Душевно! Бородатый, дождавшись когда я напьюсь, продолжает прерванный заходом в парилку разговор:
— Думаю я, Митрий Никитич, прав господин есаул, — вот же упертые! Отговаривают меня лично в Нелюбино ехать. Так-то правы они. Но и меня понять можно. Кипит во мне ненависть и жажда мести, — Как можно быстрее в Усть-Каменогорск надо двигаться. Чтоб до распутицы обернуться. Я-то с вами пойду. Мы с Акимом, сродственничком твоим знакомцы старые. А ребята тем временем пробегутся до Нелюбино. Поговорят со студентиком этим. Семшу отправлю, он сможет. Веришь? — он смотрит на меня и я действительно верю. Семен сможет, хоть и молодой. Даже лучше меня, пожалуй, справится.
— Верю, Степан Лукич, — что уж тут. Правы казаки со всех сторон. Нет у меня сейчас времени по губернии метаться, варнаков искать.
— Да и кровников наших общих найдем, никуда они от нас не денутся. Даже в столице достанем, надо будет. – продолжает увещевать меня Карпов.