Я кивнул, быстро подняв аркебузу; сдвинув защелку, прикрывающую пороховую полку, еще раз прочистил запальное отверстие тонким шилом. После чего насыпал на полку немного пороха из «рога»-натрусницы — и вновь закрыл полку защелкой. Затем, уперев аркебузу прикладом в землю, вытащил шомпол (подивившись тому, что конструкция его «держателя» под стволом не изменилась за пятьсот лет!) — и засыпал в дуло порох из зарядца, висящего на берендейке. Утрамбовал его шомполом — и заложил круглую пулю. Ее забил уже куском войлочной тряпочки, «пыжом».

Вроде пока несложно, да?

Но тут же я едва не шлепнул себя по лбу от досады. Сперва ведь стоило разжечь фитиль! Ну ничего, мы сейчас быстро исправимся… Неудобно, конечно, возиться теперь с натрусницей и огнивом одной рукой — придерживая левой аркебузу. Но без ошибки «новичка» как обойтись?

Ладно, более-менее справился: насыпав небольшую горсть пороха и вложив в нее один конец фитиля, чиркнул огнивом. Для этого, правда, пришлось сесть на корточки и опереть ствол пищали на плечо… Яркая вспышка пороха больно ударила по глазам! И тотчас их защипало от едкого дыма, что полез заодно и в нос, и в рот. Закашлявшись, я быстро выпрямился — и еще не раскрыв глаз, «мельницей» раскрутил в руке фитиль.

Видел такое однажды у местных реконструкторов — вроде так лучше разжигается шнур, вымоченный в пороховом растворе, да после высушенный…

Внезапная догадка осенила плохо соображающий от усталости голову — и, поспешно открыв глаза, я испуганно уставился на фитиль в свой руке. Но нет, дымит, разжегся… После чего я завершаю подготовку к стрельбе тем, что, уперев приклад в плечо, кое-как закрепил фитиль в двузубчатых «жаграх» аркебузы.

При нажатии на скобу спуска последний опускается тлеюшим концом на пороховую полку… Только предварительно ее нужно ещё открыть!

Подняв торжествующий взгляд на десятника я, однако, увидел на его лице смесь удивления — и явно читаемого недовольства. И весь аж внутренне сжался, ожидая начальственного рыка… Коего, однако, не последовало:

— Ты, хлопец, глаза береги. Когда порох вспыхивает, очи может и огнем опалить… Особливо, когда фитиль на пороховой полке зелье огненное поджигает. Но что-то ретиво ты бросился заряжать. Нешто слышалкоманду ?

Последнее слово произнесено угрожающе-насмешливо — и тут-то я осознаю, что специализированных команд ведь действительно, не было.Ни одной команды… Однако Матвей Иванович неожиданно широко улыбнулся:

— А шустрый ты малый! Быстро разобрался с пищалью — словно не впервые уже держишь ее в руках. Иль действительно, довелось пострелять?