Давайте разберём этот кармический салат по полочкам.

Начнём с меня. Каков был план? Я же считал себя пупом земли, батей на раздаче! Крутил роллы, крутил девчонками, а сам? Сам первый изменил Оксанке, предал её, но из-за своей тупой, быдлячей гордости и эгоизма не отпускал внутри. Зажал её в кулак, ревновал к Лёхе, устраивал шекспировские драмы на Тургеневском мосту. И Лере наплёл с три короба, чтобы прикрыть свою трусливую шкуру. Моя главная ошибка была в том, что япутал любовь с чувством собственности . Мне казалось: если вещь моя — она должна лежать на моей полке, даже если она мне нафиг не нужна. И к чему это привело? Я позорно поскользнулся на мокром заборе из-за ментовской сирены и чуть не обнулил жизнь всем, кого знал! Вывод первый: если ролл развалился — не надо пытаться склеить его слюнями и злостью.Отпусти. Смирись. Возьми другой кусок!

А Оксанка с Лёхой? Два сапога — пара, блин. Боялись правды как огня! Тряслись, прятались по гаражам среди ржавых шлангов. Лёха лучшего друга потерять боялся, Оксана молчала, потому что своё мнение не могла проявить. Ребята, запомните:страх перед правдой плодит таких монстров , что никакое Бюро «Последний шанс» потом не разгребёт. Твояложь всегда догонит тебя на каком-нибудь мосту и бахнет так, что улетит и бизнес, и здоровье, и ребёнок. Если бы они сразу пришли ко мне и честно сказали: «Макс, так и так, мы любим друг друга, а ты козёл и кондитер» — я бы, может, поорал три минуты, разбил пару тарелок, но все остались бы живы, здоровы и при своих мозгах.

И вот тут мы подходим к самому убойному. К нашим клиентам — Соне и Эдику.

Гляньте на Соню. Девчонка десять лет жила с пугающей, фальшивой улыбкой на лице, училась на одни пятёрки, заблокировала себе все радости жизни просто потому, что в третьем классе съела чужую запеканку и свалила вину на выхухоль! Ты понимаешь масштаб катастрофы?! Мы, люди, существа уникальные. Мы берём какую-то мелкую,нелепую детскую ошибку, раздуваем её в своей голове до размеров ядерного апокалипсиса , строим вокруг неё железный оборонительный фасад игодами жрём себя изнутри .Мы боимся показаться смешными, боимся хейта в интернетах, как Кирюха на своём мотоцикле. Пацан в восемнадцать лет нанял оркестр, накупил цветов на четыре зарплаты вперёд, получил логичный отказ от взрослой женщины и вместо того, чтобы сказать: «Ну и хрен с ним, погнали в клуб!», решил намотать байк на бетонный столб, потому что его, видите ли, в пабликах замиксовали!

А дядя Эдик? Сорокапятилетний застройщик, глыба! Бизнес лопнул, счета заблокировали — всё, жизнь кончена, прыгаю с крыши в Юбилейном! И Сансара швыряет его на сорок лет назад в песочницу, где он сидит в шортах на подтяжках и понимает, что его «кассовый разрыв» — это полная туфта по сравнению с тем, что ему сейчас нужно будет заново учиться завязывать шнурки и ходить на полдник!