— Э-э-э, полегче, какой смертью?! Где я был до купального сезона вообще не помню, но не исключено, что был на мосту.
— Я со всех ног бежал туда, чтобы остановить тебя, но просто не успел. Твоё отчаяние возникло слишком быстро, буквально за секунду! А по-настоящему отчаявшиеся души вынашивают план покинуть этот мир неделями, месяцами, а то и годами. Они долго копят эту тьму. Ты же отчаялся как-то резко, ни с того, ни с сего... Поэтому я на мост и опоздал...
— Конечно, опоздал, радар ты сломанный! Какое, к черту, желание умереть? Я вообще подыхать не планировал! Я просто очнулся уже в воде, а последние события из моей памяти стёрло начисто! Я понятия не имею, как там оказался!
— Кошмар... Странная ситуация, — выдохнул парень, чувствуя, как его силы после тяжёлого земного дня окончательно иссякают.
— Слушай, парень. Я сегодня слишком сильно устал. У меня голова раскалывается. Давай ты придёшь в моё бюро и мы разберёмся с твоей комой, но позже. На следующей неделе.
Макс ехидно прищурился и поправил свои прозрачные треники:
— Как там Вас зовут, вы сказали?
— Эол. Можешь звать меня Эол.
— Эол! Ну ок! Не вопрос! Мне спешить некуда. У меня теперь свободного времени хоть отбавляй. Меня, кстати, Макс зовут.
— Да, Макс, хорошо, встретимся ещё, — Эол протянул парню свою визитку.
— Ну дела... Бюро «Последний шанс», — прочитал Макс карточку из рук Эола. — Издеваешься? Как я её возьму призрачными руками? Ладно, так запомню: Красная 12, понедельник, 23.00. Ладно пойду, пожалуй, домой схожу. До встречи, дружище!
————————
Оказавшись в своей родной квартире, Макс застал тяжёлую, унылую картину. На кухне София Александровна пила валерьянку, захлёбываясь слезами, и что-то причитала себе под нос. В его комнате, на незаправленной кровати, уткнувшись лицом в подушку, надрывно рыдал его старший брат Артём.
— Тварь... Какая же она тварь! — глухо проклинал Артём сквозь слёзы, сжимая кулаки. — Это всё из-за неё! Будь она проклята! Если бы не эта сука Оксана, Макс был бы цел. Она его сгубила! Уничтожила!
Макс, сидевший на подоконнике и лениво качавший ногой, от этих слов резко замер, а его призрачные глаза округлились от полного, недоумения. Он нахмурился, почесал затылок и обратился к Артёму:
— Стоп... Не понял. А при чём тут моя Оксанка?! Чёрт возьми...
Дверь в комнату тихо скрипнула, и на пороге появилась заплаканная София Александровна. В её дрожащей руке настойчиво жужжал новенький айфон Макса. Тот самый, который парень в спешке оставил на столе, когда неожиданно, словно ошпаренный, выбегал из квартиры навстречу своему роковому вечеру.