— Талиар! Талиар Сан Эллур! — воскликнула она, остановившись в нескольких шагах от него.
Я не видел, что в этот очень важный для них двоих момент выражало лицо вампирши: то ли восторг, то ли жестокое разочарование. Лариса так стояла несколько долгих секунд, вытянув чуть вперед голову, будто вглядываясь в Весериуса. А чертов магистр сейчас выглядел бесплотным больше, чем обычно. Он светился ярче, но при этом его лицо и очертания тела казались слишком размытыми, чтобы его можно было хорошо разглядеть. Полагаю, он намеренно предстал таким перед Чайкой, опасаясь ее разочарования.
— Талиар Сан Эллур… Да, дорогая моя. Прости, но это я, — наконец признал Весериус и стал еще бледнее.
— Так вы это, обнимитесь что ли, — тихо посмеиваясь, предложил я. Хотя я по-прежнему не видел лицо вампирши полностью, мне показалось, что Чайка Весера принимает.
Да! К счастью, я не ошибся: в следующий миг Самсонова бросилась на него с тем же страстным порывом, как недавно на меня. Бросилась, но ожидаемо схватила пустоту. Ее руки прошли сквозь бледное свечение и мутную субстанцию, которой сейчас был магистр.
— Прости, дорогая, но я такой. Увы… — Весер коснулся ее волос, делая ладонь плотнее — я уже знал подобные хитрости. Прикосновение его пальцев словно легкий ветерок прошлось по волосам вампирши.
— Саш, дай тело? Пожалуйста! — попросил призрак.
— Бля… — я прошелся от стола к двери на кухню, поглядывая на них двоих. — Весер, ты же понимаешь, что это полная хрень! Это не решение вашей проблемы!
— Саш, пожалуйста дай! — вступилась Самсонова. — Я сейчас заплачу! У меня уже слезы есть! Я хочу потрогать Талиара! Саш!
Вот же насели сразу с двух сторон. Тут уже не отвертишься. Тем более я не умею отказывать женщинам. Настя сегодня с меня платьице очень легко вытрепала.
— Я все понимаю. Но только я же — это я. Это… Как бы тебе сказать… Как вам сказать… — я подошел к ним двоим. — Вы хоть понимаете, это не решение проблемы!
— Ты же знаешь, как я его искала! Саш! — вспыхнула Чайка.
Мне показалось, бледное личико вампирши раскраснелось от волнения, хотя такого не могло быть.
— Так, давайте, на почве сердечных волнений, не будем отпускать здравый смысл, — я вернулся к столу, взял чашку с недопитым чаем. — Допустим… Допустим, я сейчас дам тело. Ладно. Дам. Улечу отсюда к чертям. А дальше что? Дальше что, Весер? Она будет видеть во мне тебя. Так же? Или как все это? Как, Лариса? — я перевел взгляд на Самсонову. — Допустим, я дам ему тело еще раз, потом еще, и еще. И как ты потом будешь воспринимать меня, когда я в своем теле? Вы хоть понимаете, что эта полная хрень⁈ Это мое тело. Оно — не пиджак, который можно надевать по очереди. И дело здесь не в том, что мне жалко его или нет. Дело даже не в том, что Весер бывает с этим телом не слишком бережливым. А дело в том, что я для тебя, — я указал пальцем на Самсонову, — буду становится как бы им, — мой палец сместился к призраку. — В общем, это сложная проблема, которая не помещается в мою голову. И вряд ли она поместится в головы ваши.