— Ларис, не стоит судить о людях, не зная их, и строя лишь догадки об их способностях. Шпагу баронессе подарила сама хетайла Ириэль, как признание ее таланта и заслуг. Больше не смей говорить подобного, если не хочешь, чтобы мы ссорились, — произнес я, повернувшись к Самсоновой и не отпуская художницу.
Анна явно хотела добавить что-то резкое помимо моих слов, и наш разговор получался неуместно громким и нервным. Это при том, что нас хоть и заслоняли кусты и высокий штабель ящиков, но в любой момент со склада могли выскочить дружки Малевича. Чтобы пресечь этот разговор, я обнял баронессу, решительно прижал к себе и поцеловал в губы.
— Спасибо, Аппельсин. Приятно, но за меня не надо заступаться, — произнесла Ольховская, когда наши губы разъединились. — Мне вот что интересно, — продолжила она, — вытянув на треть «Яну Лею» из ножен. — У вампиров есть кровь и какого она цвета?
Чайка просто зашипела, становясь в позу, словно готовилась к броску.
— Все! Стоп! — заорал я, становясь между ними.
— Как скажешь, Апельсин, — Чайка впервые назвала меня так, будто поддразнивая Ольховскую. — Тебя послушаю. Ты же сладкий. Я это успела понять. И обязательно попробую тебя еще.
Я не ответил. Случилась минутка тишины. Слабый ветерок шелестел листвой в кустах. Весера все не было, и напряжение росло.
— Дай, посмотрю, — Ольховская взяла из моей руки трофейный револьвер. Разглядывала его недолго: покрутила барабан, щелкнула курком и вернула его на место. — «Углич-12». Так себе оружие. Единственное достоинство — патроны подходят к моему «Максу», — она улыбнулась, все поглядывая в сторону дверей в лабораторию — они отчасти просматривались за ветками.
Наконец появился магистр — проступил из темноты едва заметным силуэтом возле Чайки.
— Один шел сюда с фонарем, — сообщил он. — Остановил его у самой двери. Обнаружат его быстро — надо поспешить. Человечков там немало. С десяток, наверное. Или больше. Суетятся возле перегонной установки. Солидная такая, колбы с толстого стекла, высотой в твой рост, — Весер, видимо, имел в виду меня. Четверо играют в карты в дальнем конце за столом. Двое рядом балуются коньяком французского розлива. У половины есть огнестрельное оружие.
Весериус мог прикрыть нас троих магическим щитом, и такой вариант мы рассматривали еще до визита к Козе, правда на тот случай, если у него дома пойдет что-то слишком не так. Здесь же я такой вариант отклонил, поскольку он ограничил бы наши движения и позволил бы Малевичу улизнуть. То, что Малевич, едва поймет, что дело дрянь, попытается сбежать, подтвердила Ольховская.