— Настя, ты охуела! — вспылил я. — Я же сказал, этот человек очень важен для меня! Он важнее, этого гребаного «АпПельсина» и всех твоих Самойловых и Леруа!
— А что в нем такого важного? — Самгина встала, в глазах ее была растерянность, мелькнул даже испуг. — Ты не сказал прошлый раз, чем он так важен.
— Не твое дело! Не смей здесь так распоряжаться! Тем более прогонять моих людей! — прорычал я.
— Прости. Я не знала, что он так сильно тебе нужен. Мне он просто не понравился. Саш, ну прости… — она подошла, обняла меня и поцеловала в губы. — И я еще была очень напугана, поэтому поторопилась его прогнать.
Вот же сука! Очень неуместны такие поцелуйчики при Ольховской! Но не отталкивать же мне эту лису!
— Саш, если хочешь, займу тебе деньги на одежду. Мне не жалко. Сколько нужно займу, — продолжила она примирительным тоном. — Хочешь, поедем вместе на «Кристофере», я выберу то, что будет на тебе смотреться красиво. И баронесса тоже поедет с нами, выскажет свои вкусы при выборе одежды.
— Нет, не хочу. Мы с Аней сами поедем и сами купим, что сочтем нужным, — хмуро ответил я.
До того, как мы зашли в кабинет Вени, я хотел попросить Настю ее домкан на пару часов, чтобы съездить в «Южный капитал» за деньгами, потом может на Павелецкую. Теперь такое желание пропало. Сука! Зачем она так ведет себя при Ольховской?
— Саш, ну прости. Чего ты дуешься? Если снова придет твой Рюмин, я его даже чаем напою, — пообещала Настя.
— Ладно, — я кивнул. — Скажу ему, чтоб зашел на чай.
— Я еще не все сказала. Было еще кое-что. Испугалась немного перед приходом твоего Рюмина, — Самгина возвратилась к столу, бросив косой взгляд на Ольховскую. — Приходил еще один. Человек неприятный… Очень-очень неприятный. Какой-то бандит. Ворвался без стука. Хорошо хоть Картузов здесь был…
Самгина не договорила: послышались быстрые шаги. Настя замерла, нахмурившись. Затем дверь распахнулась и на пороге появился какой-то ублюдок. Что он ублюдок — это я понял сразу по взгляду. Волосы длинные, нечесаные, одежонка не бедная, но давно не стираная. Кажется, я видел его не более как минут десять назад, когда мы вышли из полицейского фургона. Он стоял по другую сторону дороги возле трактира «Ешь да пей!», смотрел в нашу сторону.
— Это он, — шепнула Настя, быстро возвращаясь ко мне.
Здесь первая подала голос Ольховская:
— Что вы хотели? — холодно и с явной неприязнью спросила она.
— Пани… — он осклабился. — Хотел сообщить господину, — он кивнул на меня. — Сообщить вот что: его милость барон Карпин хотел бы с вами поговорить. Так сказать, утрясти наши скорбные дела для взаимного блага. Вот… В общем надо вам прибыть завтра к его особняку по адресу Червонная, домик с номером сто двадцать два.