— Welcome! — на пороге появился полупрозрачная фигура магистра.

— Магических стражей нашел? — спросила Ольховская, поднявшись на порог Козиной лавки и заглядывая в темноту.

— Да. Их оказалось три. Баронесса, у вас плохо с арифметикой. Еще вот это чучело, в качестве сюрприза… — маг сжал на секунду пальцы, разжал их пуская вперед светляка.

Небольшой лучистый сгусток завис на метр ниже потолка, освещая длинный прилавок и полки со множеством склянок, шкафы с алхимическими индигенатами начиная от всевозможных минералов, до высушенных грибов, насекомых, растений и мха. Все это, особо дальняя часть помещения, куда голубой свет светляка едва дотягивался, походило на хижину бабки-знахарки. Запахи здесь витали такие, что ух! Чем только не воняло! От свежескошенной травы, парфюма сомнительного качества, до мерзкой тухлятины — ей несло от углового шкафа.

— Это какой-то новенький, — услышал я слева шепот Ольховской. — На Козю непохоже. Он очень редко привлекает сюда новых людей.

Я не сразу понял, о чем говорит баронесса. Лишь когда сделал еще шаг, увидел на полу штуковину, поблескивающую вороненной сталью — револьвер. Еще полшага — вот теперь разглядел сидящего на полу мужчину лет сорока, крепкого телосложения, с бледными губами и лицом, покрытым оспинами. Его голубые глаза смотрели прямо на меня холодно, безжизненно. В милом расслаблении отвисла нижняя челюсть.

— Убил что ли его? — я нашел взглядом Весериуса. Смертей, тем более таких необязательных, мне хотелось избежать.

— Временная отключка. Только очень глубокая. Пульса почти нет, можно принять за покойника, — известил магистр. Кажется, он был очень доволен своей работой.

— Ладно, если отключка, то… так можно, — согласился и поднял с пола револьвер неизвестной мне марки.

Такая штука мне пригодится, тем более после того, как мои трофейные сгорели вместе с домом. Конечно, от них что-то осталось, но огнестрелка, побывавшая в серьезном пожаре, редко остается полезной.

Не пуская вперед Ольховскую, которая так и норовила обойти меня в узеньком коридоре, я двинулся дальше. Хоть и смутно, я помнил путь из алхимической лавки в задний двор. Протиснулся между простенком и ящиками и попросил Весериуса:

— Весер, здесь посвети.

Вместо магистра мою просьбу поспешила исполнить Чайка. С нечеловеческой ловкостью она перелезла через ящики, опережая и Ольховскую, и меня и там, у пересечения коридоров, выпустила своего светляка, более ярого, чем сотворил Весериус. Желтоватый свет повисшего в воздухе шарика позволил разглядеть небольшой склад, стеллажи справа и продолжение коридора, заканчивающегося грязным, зарешеченным окном и дверью во двор.