— Ну, вроде бы, так получше, — оценила вполне симпатичный образ и вышла на террасу. — Ух ты! — выдохнула, оценив, до чего она преобразилась за несколько минут.

Плетёный стол накрыли белоснежной скатертью, заставили яствами и напитками, в кресла положили множество разноцветных подушек, зажгли свечи, по краям террасы расставили красивые пиалы, наполненные водой и лепестками цветов, а ещё включили дополнительное освещение — множество маленьких желтоватых круглых лампочек оплетали деревянные колонны и создавали атмосферу уюта и тепла. И самое приятное — играла волшебная музыка, притом не откуда–нибудь, а из настоящего проигрывателя с виниловыми пластинками! Вот уж чего я в жизни своей не видела! Но звук был совершенно невероятный! Мягкий, приятный.

Позаботились служащие и о полотенцах для пловцов — принесли из гардеробной целую стопку, а заодно и халаты. Я готова была поспорить, что мужчины ими не воспользуются — переоденутся в нормальную одежду. Всё же у нас не студенческая вечеринка.

Однако я не угадала. Точнее, оказалась права лишь частично.

Первым вернулся Даррен Хилл. Он не дал мне вдосталь полюбоваться его потрясающим телом, надел халат и ушёл в душ, что тоже не способствовало моему спокойствию. Я слышала шум воды и вспоминала то безумие в душевой на борту его бизнес–джета. И когда появился Десмонд Кавана, была немного не в себе.

— Жаль, мы не заказали текилу, — произнёс мужчина, вытирая мощное накачанное тело полотенцем, которое было настолько белым, что создавалось впечатление, будто он светится на загорелой коже мужчины.

— Можно посмотреть в баре. А зачем текила? Вы ведь хотели виски, его принесли, — тоном хорошей девочки Элизабет Маккой произнесла я.

— Текила хорошо подходит под солёные поцелуи, — поигрывая бровями, ответил мужчина.

— Мистер Кавана!

— Десмонд.

— Мистер Кавана, — настойчиво проговорила я, намекая, что кое–кому стоит придерживаться правил приличия.

— Лиз, мы в таком прекрасном месте, звёзды величиной с кулак, море тёплое, пальмы шелестят, а ты… — вздохнул Десмонд Кавана, прижав руку к груди, словно я ранила его в самое сердце.

— Вы — мой босс. Мы в командировке, — напомнила пройдохе.

— Ты разбиваешь мне сердце, Элизабет. А давай я тебя переведу к Даррену? — вдруг оживился он, поглядывая на дверь, за которой, судя по шагам, уже находился его друг и партнёр. — Станешь его секретарём, и тогда я с полным правом смогу тебя соблазнить.

— Лучше увольте меня, я в два счёта найду новую работу — без соблазнительного директора, — многозначительно произнесла я, но тут же сообразила, что оговорилась. — Бессовестно соблазняющего меня директора, я хотела сказать!