— Изумительное шампанское. Надо же, впервые чувствую те самые фруктовые нотки, — задумчиво произнесла я, поигрывая бокалом.

— У тебя тонкий вкус, Эли, — похвалил Даррен.

— Потому я так ей нравлюсь, — пошутил Кавана, прожигая меня взглядом.

Я сделала ещё один глоток, лишь бы не отвечать, и вновь поразилась его тонкому и вместе с тем многогранному вкусу.

— Нравишься, — за меня ответил Даррен. — Конечно, нравишься, иначе бы она не позволила себя поцеловать.

У меня глаза полезли на лоб. Ничего себе, какие разговорчики!

— Я… я, пожалуй, пойду.

— Посиди с нами, пожалуйста, мы будем себя хорошо вести, — попросил Десмонд, состроив умильную физиономию. А затем честно добавил: — Но недолго.

— Мистер Кавана!

— Элизабет, милая, прошу тебя: мы на отдыхе. Давай сегодня отложим в сторону формальности и пообщаемся, как… друзья. Выпьем, поговорим, потанцуем.

— Стриптиз? — ляпнула я на нервах.

— Можно и стриптиз. Я, кстати, как–то всерьёз думал заняться этим делом, — обескуражил меня Десмонд Кавана.

— Как?

— Показать?

— Нет. Я имею в виду: почему вы хотели танцевать стриптиз? — шокировано уточнила я, осушая бокал, который тут же заботливо наполнил Даррен Хилл.

— Ну, я, прямо скажем, не родился с золотой ложкой во рту, приходилось работать за копейки, — ни капли не смущаясь поделился Кавана. — А ты, Лиз, никогда не думала потрясти своей очаровательной по…

— Мистер Кавана!

— Десмонд! — в очередной раз напомнил босс.

— Будете меня смущать — буду называть вас по фамилии, — предупредила мужчину. — И нет, я никогда не собиралась танцевать стриптиз. Я училась по контракту с вашей компанией и мне было не до развлечений.

— Слышал, Даррен? Мы испортили Элизабет лучшие годы её жизни — студенчество! — трагически прошептал Кавана. — Только не говори, что ты и на танцы не ходила. Ты очень красиво двигаешься.

— Ходила. Редко.

— А танго танцевать умеешь? — спросил вдруг Даррен.

— Нет.

— Лиз, мы просто обязаны тебя научить веселиться. Иди сюда! — сказал Кавана, выдёргивая меня из–за стола и прижимая к себе. — На студенческих тусовках самая красивая девочка, а это, конечно, ты, всегда нарасхват. Так что сейчас я на правах самого крутого парня танцую с тобой первый танец.

Он говорил так серьёзно, что я не выдержала и улыбнулась.

— Никогда не была самой крутой девочкой.

— Но красивой — точно была, — убеждённо проговорил босс. — И не спорь со мной. Если красивой считали кого–то ещё, в вашей школе учились одни слепые кроты.

— Так уж и быть, признаю, что училась в кротовьей школе, — заливаясь смехом, сообщила я. Настроение неудержимо росло.