— Насть, женская раздевалка чуть дальше, — сказал Матвей, едва я появилась с вещами.

— Мне и так нормально, — отмахнулась я. — Не переживай, смотреть на трусы парней и свои показывать не собираюсь.

— И все же, — настаивал черноглазый брат и уже начинал бесить меня.

У него не было холодного взгляда, как у Тимура, а тон казался больше заботливым, чем командным. От Матвея не пахло властью и желанием доминировать, скорее, наоборот. Хотя он капитан и тренер, казался скорее старшим товарищем, а не начальником, как его брат. Но его настойчивость, желание указывать и учить жутко раздражали меня, как и жалость, с которой он протягивал бутылку.

— Слушай, ты гонял меня, как пацанов. А как раздевалка, так вспомнил, что я девчонка? Нет уж. Все должно быть честно — здесь я парень.

Он цокнул языком — ему явно это не по душе. Эти братья вообще умеют не командовать? Старший взбесил меня, теперь и этот. Как же хочется послать их всех к черту! Но тут же перед глазами возник образ грустного Павлика, и пришлось сдержаться, крепче сжав лямку рюкзака.

— Бывай, братан, — сказала я, копируя пацанов с детдома и хлопнула Матвея по плечу.

Он сначала секунду смотрел на меня, а потом начал смеяться, схватившись за плечо. Я даже замерла от неожиданности — и что такого случилось? И вообще он всю тренировку был злой и хмурый, и я уже подумала, что ошиблась в нем. Вчера он казался более приветливым и улыбчивым, а не как его братья.

— Ну бывай, БРАТАН! — передразнил Матвей, и я улыбнулась.

— Вы так не говорите, да? — поняла я.

— Не говорим, — смеялся Матвей. — Можно сказать удачи, пока, давай. И вообще бить меня прекращай, у меня от тебя синяки на теле.

— Окей, товарищ капитан, — сказала я с улыбкой.

Матвей схватил подол футболки и потянул наверх, чтобы вытереть лицо, а я, как дура, посмотрела на его пресс. Это само произошло, глаза машинально понеслись вниз, и я не смогла их остановить. Тут же одернула себя, но, похоже, он заметил, как и то, что краска хлынула к лицу.

— Я ушла, — буркнула я и сбежала из зала.

Прохладный воздух ударил в лицо, и стало немного легче. Подумаешь, посмотрела и что? Разве парням не интересно, какой пресс у других пацанов? Наверняка, интересно. Только мне вот не очень это нужно, но произошло как-то против воли. Надеюсь, он не подумает, что я его специально разглядывала или заинтересовалась им.

У меня никогда не было парня. Точнее, один раз я встречалась с мальчиком, но это было до детдома, в двенадцать лет. Походили мы за ручку пару недель и расстались, так и не поцеловавшись ни разу. В детдоме после одного случая я и вовсе отреклась от того, чтобы строить с кем-то отношения. Все они одинаково грубые, наглые и пошлые. Мне даже не нравился никто, как противоположный пол. Были нормальные парни, но никогда не допускала мысли, чтобы встречаться с ними. Нет уж, отношения — это слабость, любовь для дураков, а у меня на это просто нет времени.