Я с силой зажмурил глаза, отгоняя от себя мысли и образы, пытался думать об игре. Но снова и снова видел эту боль и отчаяние, с которыми произносила Настя каждое слово. И как сильно щемило внутри, когда я поддался на поле и видел ее падения.
Глава № 6
Настя
Я с грустью ощупывала свои джинсы, которые, конечно же, не высохли за ночь. Вода не капала, но они были еще насквозь мокрые. После уличной тренировки у меня не было выбора — я пришла настолько грязная, что не осмелилась бы ехать в таких вещах. А других у меня больше нет.
Я снова посмотрела на спящую блондинку. Ярость отпустила, но ненависть нет. Как же хотелось наказать ее за поступки, но в глубине сидело понимание — она просто избалованная дура. И тоже жертва неправильного воспитания, где не показали, как нельзя обращаться с людьми.
Выбора не было, и я натянула мокрые, холодные джинсы на ноги. Ткань сразу неприятно прилипла к телу, и по телу побежали мурашки. Яна уже была готова и ждала меня возле двери, держа пакет с запасными вещами. Мне брать было нечего.
Я накинула тонкую кофту, на которую планировала сесть в машине, чтобы не намочить сидения своими штанами, и за пять минут до назначенного времени мы уже стояли у ворот института. Холодный ветер пробирал до костей, и я тряслась в попытках согреться. Осень в нашем регионе всегда приходила рано, но в этом году она издевалась надо мной. Специально напускала ветра, чтобы я мерзла в тонких вещах, и еще больше ненавидела эту жизнь.
Тимур приехал без одной минуты десять. Я хотела прыгнуть на заднее сидение, но он открыл мне переднюю пассажирскую дверь. И я поняла почему — сзади все было завалено обоями, краской и ведрами. Хрупкая Яна с трудом втиснулась в свободное пространство, я сняла кофту, бросила на сидение и села. Тимур посмотрел на мой жест с удивлением, но ничего не сказал.
Я вспомнила, как он вчера держал меня, прижимая к себе так, что чувствовала биение его сердца. В детдоме я могла справиться с любым пацаном, особенно в порыве ярости, когда сил становится намного больше, чем обычно. И это пугало меня — с такой физической силой я еще не сталкивалась, поэтому инстинктивно хотелось держаться от Тимура подальше. Может, он и не собирается ничего делать, но я привыкла к предсказуемости.
В детдоме я знала каждого из старших воспитанников. Знала, на что они способны, как сильно бьют и что могут сделать. Было всего двое парней моего возраста, еще столько же — на год и два младше. И мы играли с ними в баскетбол, общались и в принципе вели мирную жизнь. Конечно, без стычек не обходилось, особенно на поле, но я не дралась с ними. Только с младшими, которые задирали Пашку и другую малышню.