Я не знаю, сколько прошло времени — оно словно исчезло. Слезы закончились, осталось только тяжелое дыхание через забитый нос. Я медленно кивнула, и Матвей разжал руки. Отвернулась в сторону и вытерла лицо ладонями, будто он только что не слышал мои отчаянные рыдания.
Болело горло и голова, но внутри было пусто. Матвей усадил меня на лавочку, велел ждать и куда-то убежал. Вернулся быстро и протянул мне открытую бутылку с водой. Еще дрожащими руками я выпила почти все, смачивая надорванное горло.
— Почему ты не ушел? — тихо спросила я.
— Что? — удивился Матвей. — Постой… Ты стыдишься этого? Насть, это не то, чего нужно стыдиться! Ты не выбирала такую жизнь. Стыдиться должен тот, кто детей бросает, кто семью свою не ценит, но не ты. Все это печально, конечно, но ты не виновата!
Он повернулся ко мне и аккуратно взял за подбородок, чтобы я смотрела на него.
— Я не уйду, если ты не прогонишь.
Я смотрела в его грустные, понимающие глаза, пытаясь увидеть жалость. Но ее не было. Была нежность и что-то еще, чему я не могла дать определение.
— Матвей… — тихо сказала я. — Прости меня. Я обидела тебя.
— Ты не обидела меня, — сказал он и слегка улыбнулся, убирая руку. — Я злился. Но не на тебя, а на себя. Я хочу понять, как общаться с тобой, чтобы ты не убегала и не отталкивала. И от того, что я не знаю, злился. Но теперь я понимаю причину твоей брони и отказа от заботы. Ты жила в другом мире, с другими правилами.
Матвей посмотрел перед собой, потом снова вернул взгляд на мое лицо.
— Насть, ты нравишься мне. И как человек, и как девушка. Но я не прошу ничего, кроме одного: позволь заботиться о тебе. Бескорыстно, безвозмездно, просто потому что мне нравится это, а тебе становится чуточку легче.
Я не могла ничего ответить на его признание. Я и так доверила ему свою самую большую тайну, и что-то большее дать пока не могла.
— Хорошо, — кивнула я. — Спасибо тебе. Я никогда не видела Пашку таким счастливым.
— Ты вчера поиграла с моим братом, сегодня я с твоим, — улыбнулся Матвей. — Все честно. Но я готов бегать с Павликом просто так, ты не обязана играть с моими братьями.
Я сначала улыбнулась, а потом засмеялась.
— Не обещаю! Марк оказался очень даже забавным.
Матвей цокнул языком, а я смотрела на него и думала о том, что раскрывать душу не так уж и больно. Главное, знать, кому ее открывать.
Глава № 15
Матвей
Мне так нравится ее смех, что я готов слушать его вечно. Постоянно хмурая и задумчивая, Настя так редко смеялась, что каждый раз воспринимался по-особенному. Это было мое личное лекарство от всех проблем и злости, скребущей внутри.