когтем насквозь, поднял над головой и швырнул в толпу охотников, как окровавленный мешок. По нашим рядам ударила паника. Настоящая. Даже у ветеранов. Шеренги дрогнули. — ОТХОД! ВСЕМ ОТХОДИТЬ! — заорала наша командирша, ее голос сорвался на визг. Она рванула вперед, к Князю, ее серебряная пуля вспыхнула ослепительным светом. — Я ЗАДЕРЖУ ЕГО! БЕГИТЕ! Она была великолепна. Ее пушки плевались сгустками чистой энергии. Она метала молнии, резала пространство лезвиями света, уворачивалась от темных ударов с кошачьей грацией. Она билась, как разъяренная валькирия. Но Князь был сильнее. На порядок. Его темный клинок, материализовавшийся из ниоткуда, прошел сквозь ее щит, как нож через масло, и вонзился ей в бок. Блондинка вскрикнула от ярости и отлетела, кувыркаясь по мерзкой земле. Кровь заалела на ее кожанке, а ее серебряная пуля потускнела. Князь надвинулся на нее, поднимая коготь для последнего удара. В его пустых глазницах плясали искры торжества. Охотники замерли в ужасе. Путь к отступлению был отрезан мелкой нечистью, воспрянувшей духом. Я сделал шаг. Еще один. Не к отступлению. Вперед. Навстречу Князю. — Соломон! Нет! — услышал я дикий вопль Вадима где-то сзади. А мне было плевать. Щит в сознании стоял. Безумие Магии Крови было заблокировано. Но теперь нужно было кое-что другое. Настоящая сила. Та, что спала в глубине. Та, что могла сжечь меня изнутри в этом слабом теле. Но иного выхода не было. Я сорвал первую Печать. Печать Власти Солнца. Внутри все… взорвалось. Мой тощий, измученный источник рванул, как перегретый котел. Но не Эфиром. Чем-то иным. Древним. Чистым. Невыносимо ярким. Золотой свет хлынул из моих глаз, изо рта, из каждой поры. Он сжег маскировку — волосы снова стали рыжими, глаза — янтарными. Моя кожаная броня задымилась. Земля под ногами затрещала и поплыла. Князь Бездны замер, повернув свою «голову» ко мне. В его глазницах-углях вспыхнуло… удивление? Недоверие? Я не дал ему опомниться. Я рванул вперед. Не побежал. Исчез здесь… и появился там. Перед самым его рылом. Мои клинки, окутанные золотым сиянием, взвыли, рассекая адский мрак. Он парировал своим темным мечом. Столкновение вызвало ударную волну, сбившую с ног ближайших демонов и охотников. Искры, золотые и черные, полетели во все стороны. Бой был яростным. Бешеным. Нечеловеческим. Мы кружились в смертельном танце, сметая все вокруг. Его удары ломали бы горы. Мои резали саму тьму. Он метал черные молнии, рвущие душу. Я отвечал сгустками солнечного пламени, выжигающими скверну. Моя кожа