— Тихо вокруг, — сообщил бро, забираясь в машину.

— Ехать опасно, — качнул я головой. — Звук движка может выдать нас, переполошит вертухаев.

— Да, — согласился Марлен, — подойти надо на пуантах.

— Ищите место…

Я направил «Лендровер» в колею, стараясь не газовать.

— А вон тупичок, вроде, — встрепенулась Марина.

Мои руки будто сами вывернули руль, загоняя машину в узкий проезд. Заросли напирали с обеих сторон.

Поворот… Еще один… Полянка. Всё. Выход там же, где и вход.

Покрутившись, я развернул «Лендровер», и заглушил мотор.

— Девчонки, стерегите машину, — голос у меня был очень убедительным.

— Еще чего, — воспротивилась Марина.

— Слушайте дядю Игната, — строго сказал бро, натягивая на голову самодельную балаклаву.

— Ладно, ладно… — забурчала девушка.

Я повесил на плечо «светку», сунул за пояс «ЧЗ», и подхватил «взор». Пара запасных «рожков» будет нелишней…

— Держи, — Осокин протянул мне легонькую, не жаркую шапочку с дырами, прорезанными для глаз и рта.

— Ага…

— Не «ага», а надень. Светиться нам незачем.

— Слушаюсь, товарищ командир…

— Не «слушаюсь», а «есть».

— Ну, ты и зануда!

— Разговорчики в строю!

Старательно помахав девушкам, я зашагал к дороге. Марлен догнал меня, пристраиваясь рядом.

— На разведку?

— Как получится, — хмыкнул я. — Может, там пусто. Или «рабочая милиция» всех уже «сократила»…

— Посмотрим…

Идти пришлось долго, но карабкаться по склону, тискаясь среди деревьев, не хотелось. Во-первых, устанем. Во-вторых, наделаем шуму. Люди мы с Марленом не лесные, ходить без шума и пыли не приучены…

— Вроде, звякнуло что-то… — замер бро. — Вот, опять!

Я прислушался. Так могла удариться пустая кастрюля или бак… Нет-нет, молочный бидон! Сейчас такие в ходу — если полный, только вдвоем и поднимешь.

К лагерю мы не вышли, а напоролись на него. Подъездная дорога, присыпанная щебенкой, втоптанной в суглинок, как-то уж слишком круто заворачивала. И я с бро полез в заросли.

Шагов десять одолел, поглядывая под ноги, чтобы на сухую ветку не наступить — и резко остановился. Прямо передо мной натягивалась колючая проволока.

Слева торчал врытый столб, к которому «колючка» крепилась ржавыми гвоздями, а справа здешние деятели приспособили засохшее дерево с обрубленной верхушкой. Причем, за шипастой изгородью заросли не были вырублены, прорежены только.

Я разглядел два или три щитовых барака и добротное здание комендатуры с высоким крыльцом. На ступеньках сидел скучный человек в грязном колпаке и драил песком мятую алюминиевую кастрюлю. На лице его в такт вздрагивали щетинистые брыли. Неподалеку от повара согнулся «поваренок» — мужичок в мешковатых синих штанах и в куртке того же цвета, явно не по размеру, мыл очищенные клубни картошки и швырял их в эмалированное ведро.