— Вы по-прежнему требуете от меня отчета о каждом шаге.

— В деле, где записи уже переписывали один раз, — да.

Лоркан сдержал раздражение.

— Составьте форму.

Мы начали привыкать к странному порядку, в котором наследник престола, командующий береговой стражи и хозяйка гостиницы согласовывали каждую передачу бумаги возле стола, покрытого следами чернил.

Это было медленно.

Неудобно.

И гораздо надежнее красивых обещаний.

К вечеру допрос Эрдена завершился.

Он подтвердил:

Олвар приказал погасить сигнал для «Серебряного ветра».

Ложный маяк на Роэне работал уже тогда.

Неизвестное темное судно дважды ударило почтовый корабль в корму.

Спасательные лодки удерживали до рассвета.

Официальный журнал смены переписали.

Смотритель Сейл хотел дать показания и погиб.

Часть расходов гавани шла на Северный склад и незарегистрированные суда.

Имя Аркелей в журнале не появлялось.

Но обозначение «Северный склад» встречалось рядом с поставками черной смолы и масла.

Селеста должна была проверить, существовало ли такое хранилище в старой структуре Торгового союза.

Дален дал отдельные показания о Гесе Марре и зимнем посетителе с узкой подковкой. Его доступ ограничили, но не арестовали.

Он продолжил работу в мастерской под наблюдением Торена.

К ночи я едва могла смотреть на цифры.

Марта принесла ужин в кабинет и поставила тарелку поверх закрытой расходной книги.

— Вы не должны класть еду на документы.

— Поэтому закрыла книгу.

— Есть свободный стол.

— За ним сидит командующий.

Риан действительно находился у второго стола и переписывал список старых выплат из журнала. Перед ним стояла нетронутая тарелка.

— Вы оба одинаковые, — сказала Марта. — Только спорите, кто из вас хуже.

— Он обещал есть горячий ужин, — напомнила я.

— А вы обещали отдыхать после магического истощения.

— Это было несколько дней назад.

— Организм не считает дни по вашим книгам.

Она заставила нас отложить бумаги.

Мы ели молча.

Не потому, что нечего было сказать.

Слишком многое уже прозвучало.

Через стену доносился стук из мастерской. Дален работал вместе с Тореном, хотя между ними почти не было разговоров.

В главном зале комиссия обсуждала новые записи.

Наверху Тея следила за Роустом.

Каждый человек в гостинице продолжал выполнять задачу, несмотря на подозрения, обиды и страх.

Это и удерживало Штормовой приют целым.

После ужина Риан отнес копию записи о брате в хранилище.

Я ждала в коридоре.

Когда он вышел, дверь закрыли на три замка.

— Спасибо, что не сказали мне успокоиться, — произнес он.

— Вы не были спокойны.

— Не сказали, что Эрден уже наказал себя.

— Его чувство вины не вернет погибших.